Если человек родится без ручек или без ножек, он никак не сможет понять, что этот мир хорош и его нужно совершенствовать. В основе мировоззрений – биология, конкретнее — индивидуальная биология человека. И если человек даже родится внешне (фенотипически) нормальным, но с неявными нарушениями, он будет балансировать на грани восприятия – от позитивного до негативного. И в зависимости от качества окружающего большинства он это мировоззрение выберет – если он не живет в отрицающей мир секте и ему есть из чего выбирать.
Люди с мировоззрением позитивным и негативным могут договориться не убивать друг друга без повода. Но больше ни о чем они договориться не смогут.
На базах двух взаимоисключающих мировоззрений строятся две взаимоисключающие системы ценностей: это комплект социальный, основанный на абстракциях, и комплект биологический, основанный на объектах и их свойствах.
У современной цивилизации отсутствует связанное мировоззрение. Ее ценности — это абстракции, летающие в космосе вокруг пустоты. Это реально на бумаге — установить необходимые связи и тем самым это мировоззрение создать. Это реально для конкретного человека — объяснить смысл жизни и понять смысл жизни. Но это не реально для цивилизации в целом.
Социальность выступает противоположностью биологичности. Две системы ценностей, две психологии, два образа мышления. На то она и цивилизация, социальностью–оружием противопоставившая себя природе. И в качестве идейного оружия был избран принцип, что природа жестока, человечество – не таково, и потому человек не согласен с природным принципом войны всех против всех и отменяет принцип всеобщего пожирательства. Современная цивилизация была создана вопреки всем природным принципам существования под лозунгом отрицания жестокости. Поскольку именно природная преемственность обеспечивает путь в будущее, современная цивилизация этого пути старается избежать. В силу своего традиционного мышления. В силу опасности перестать быть цивилизацией.
Идеальным путем для цивилизации было бы движение по пути развития изначально данных человеку биологических качеств. Реально цивилизация вступала на путь борьбы с этими качествами. В результате биологически человек не прогрессировал всю свою сознательную историю.
Пример деятельности человека – исчезнувшие цивилизации. По большому счету весь мир, все континенты завалены их обломками. И все эти цивилизации не имеют линий преемственности. Все эти люди большей частью сгинули без следа, а оставшиеся одичали, чем и спаслись. Здесь можно назвать и многочисленные цивилизации 2–3 тысячелетий до н.э., и так называемую працивилизацию, существовавшую гораздо раньше. И все они думали, что правы в своем развитии – до тех пор, пока не приходилось строить свой прощальный монумент. Впрочем, большинство из них так ничего и не поняло, и никаких следов своей деятельности не оставило.
В природе нет сострадания, нет милосердия, но в ней нет и умышленной жестокости. У природы есть основной закон, конституция – естественный отбор. Тот, кто нарушает правила естественного отбора, нарушает законы природы и вступает с нею в конфликт. В том числе и с той природой, которая находится внутри него самого.
Человек, конечно, царь природы. Пока природа еще существует. В том числе пока природа существует внутри самого человека.
К истокам лжи
Когда официальные ученые говорят, что мир был создан в 4004 г. до н.э. или что Баальбек построен римлянами, к ним нужно относиться с пониманием. Они сами все понимают; они знают, что глупо выглядят, и глубине души надеются, что кто–нибудь спасет их от этого позора.
На любом серьезном объекте есть несколько рядов колючей проволоки ограждения. Но если вдуматься, то за первым рядом ничего секретного нет, и первый ряд проволоки не охраняет ничего, кроме второго ряда такой же проволоки.
Концепция природного катастрофизма шествует по планете миллионными тиражами. Какая–то тайна здесь действительно ощущается. Иногда официальная наука отрицает события и явления, действительно существовавшие, и признает их рано или поздно только под грузом неопровержимых доказательств. Эти события входят в так называемую зону отчуждения – эти события слишком близко подходят к тайнам, и потому наука не допускает любителей и на эту зону тоже.
На Сфинксе следы тысячелетней ливневой эрозии – все равно при ливнях в Сахаре его не стояло. Правду все видят, но никто не признает. Так или иначе нужно поставить вопрос — кто именно скрывает правду. Притом, что и археологам, и простым людям по большому счету все равно, каков возраст Сфинкса. Но зачем–то эта пустая территория все равно охраняется.
Исчезнувшая працивилизация и ее Сфинкс как раз в зоне отчуждения и находятся. И если представить, что наука признала ее факт существования, то придется даже не просто признать, а открыть причину ее гибели. Любая правда тянет за собой другую правду и является ключом не к одному, а ко всем мировым вопросам.