В плену оптических иллюзий
В общем, понятно, как ксеноархеологи находят свои поражающие воображение артефакты, будь то зарывшееся в лунную пыль «каменное существо, «череп гуманоида», засыпанный марсианским песком, или «саламандра» среди раскаленных камней Венеры. Надо просто видеть то, что хочется увидеть!
В психологии восприятия есть специальный термин – парейдолия. Психологи рассматривают феномен парейдолических иллюзий как разновидность зрительных фантазий, воплощенных в «сенсорные иллюзии дополнения». При этом жгучее желание «увидеть невидимое» создает иллюзорные образы на основе деталей вполне реальных объектов.
Именно так неясный зрительный образ пятен на диске Марса превратился в некие «каналы», построенные разумными существами. Эта иллюзия была столь сильна, что даже сегодня встречаются уфологи, отстаивающие, вопреки всяческой логике и здравому смыслу, реальность циклопических инженерных сооружений на Красной планете.
Чем дальше углубляются марсианские миссии в песчаные дюны и каменистые плоскогорья Красной планеты, тем все громче звучит главный вопрос космических археологов: когда же придет пора не только разбрасывать по марсианской поверхности аппараты, но и собирать артефакты? Ответ очевиден: надо ждать долговременных пилотируемых экспедиций.
Сейчас еще трудно предугадать, что именно смогут найти космические археологи на просторах Солнечной системы. Во всяком случае, кроме Луны и Марса, их ждут загадки гигантских скальных обломков из внутреннего пояса астероидов, планетоиды пояса Койпера и облака Оорта. Некоторые астрономы предполагают, что среди них могут встретиться гости и из других звездных систем, так что их исследованием займутся уже «звездные археологи».
Недавно было сделано еще одно поразительное открытие. Оказывается, некоторые светила попали в наш Млечный Путь из других галактик, а это означает, что и без головокружительных полетов через миллионы световых лет когда-нибудь появиться «внегалактическая археология». Есть тут и «приземленный» вариант, когда специалисты-астроархеологи ищут забытые спутники и зонды начала космической эры. Впрочем, это уже сюжет для иного рассказа…
Глава девятнадцатая
Радиомост между мирами
Совсем недавно физика и биология обогатились целым рядом новых открытий, способных коренным образом повлиять на наши прежние фундаментальные представления о гравитации, инерции, электричестве, магнетизме, волновых явлениях, причине конструкции живых организмов и многом другом. Выяснилось, что в основе всего вышеперечисленного лежит всего один-единственный эффект, разные стороны которого мы и наблюдаем, давая его проявлениям разные названия. Все эти сенсационные открытия удалось сделать благодаря другому открытию, причем не менее сенсационному – разгадке «тайн» конструкции и формы египетских пирамид, на протяжении веков ошибочно считающихся пирамидальными гробницами древнеегипетских фараонов.
Самовоспроизводящийся зонд Берсеркер стремительно приближался к системе желтоватой звезды, лежащей в отдаленной части одного из галактических рукавов. Подобно тому, как запах жертвы ведет к ней хищника, инопланетный корабль притягивал поток радиоволн явно искусственного происхождения. Пересекая орбиту внешнего газо-ледяного гиганта, Берсеркер уже знал, что разум родился на третьей планете от светила, и уже достиг нужного уровня для Внедрения. Осторожно подкрадываясь к цели, посланник воинственной цивилизации из древнего шарового скопления звезд, предусмотрительно скрылся за защитной оболочкой. Поверхность Берсеркера напоминала угольно-черную шагреневую кожу и полностью поглощала весь спектр электромагнитного излучения, как какая-нибудь черная дыра.
Выйдя на высокую планетарную орбиту, зонд еще некоторое время собирал и анализировал поступающую информацию, а затем в телекоммуникационные системы доверчивых аборигенов устремились информационные посылки Вторжения…
Завсектором Института космических исследований тщетно пытался найти вчерашнюю информацию, зафиксированную Орбитальной станции. Чувствительные инфракрасные датчики на долю секунды поймали странный темный объект, проскользнувший по лунному диску. После долговременных мучений он сердито заметил своему коллеге: