— Он целых пять лет после последнего похищения работал в банке, как бы зарабатывал деньги. А потом вдруг начались телефонные звонки в полицию, угрожали взорвать в одном из супермаркетов бомбу. Приезжали саперы, Скорая, людей эвакуировали из здания… Несколько таких звонков, и народ начал избегать проблемного супермаркета, арендаторы уходили, владелец терпел убытки. И тогда Старцев по дешевке покупал здание. И так два раза за год. Уверен, что на самом деле он все равно платил раз в пять больше, чем указано в купчей, но это недоказуемо. По бумагам все в в порядке, теоретически, такую сумму мог и накопить. В любом случае, первые приобретения достались ему намного дешевле рыночной цены. А уж потом он честно заработал деньги на покупку остальных универсамов. Что я мог ему предъявить?
— Поэтому решил доверить свою работу Доротее… то есть Наталье. — вздохнула я.
— Не совсем свою. — сухо ответил Оскар. — Это работа палача.
— Ненавижу ее. — вырвалось у Маши. Я пересела на кресло подруги, обняла ее и крепко прижала к себе.
— Ты ее скоро забудешь, дорогая. Главное, мы все живы.
Наши проблемы не решены, подумала я, они по-прежнему причиняют боль. Но у нас остался шанс все переиграть. А вот для маленькой девочки Жанны все закончилось десять лет назад, и это уже не исправить. Кстати, а что стало с ее аккаунтом, которые долгие годы вела Доротея?
Отсев на ковер, я достала айфон и заглянула в знакомый фейсбук. Там красовалась свежая фотография: девочка — на сей раз действительно маленькая девочка, не подросток — в ослепительно красивом кружевном платье с белоснежными крыльями за спиной, поднимала вверх правую руку с расставленными двумя пальцами — победа! И единственная строчка в посте сообщала:
“Мы всегда возвращаемся!”