Читаем Тайны и герои Века полностью

Когда Ольга Ивановна еще работала в замке Абондан, она однажды была на службе в храме Александра Невского в Париже. После литургии в левой стороне церкви, перед крестом и свечником за упокой, служат панихиды. «Не знаю почему, — говорила бабушка, — я в этот раз пошла к людям, которые стояли за священником. Это была панихида на девятый день по некоему Владимиру». Бабушка осталась до конца, хотя никого не знала. После «Вечной памяти» она подошла к высокому пожилому мужчине. По всей видимости, бывшему офицеру. «Скажите, а по ком была панихида?» — спросила она. Услышав фамилию усопшего, она покраснела и почувствовала слабость в ногах. Владимир был жених ее, с которым она обручилась до его отъезда на фронты Первой мировой войны. Ольга вернула ему кольцо и икону после встречи с Иваном. «А Вы кто?» — спросил ее бывший офицер и явно близкий друг покойного Владимира. Бабушка запуталась… Не смогла ясно ответить от эмоций и стыда. «Вы Оля!» — сказал офицер. «Да, — призналась Ольга Ивановна, — а скажите, он был женат?» — «Нет, никогда не женился», — четко и резко ответил офицер с полувековым упреком.

* * *

Символично, что завершаем интервью, а вместе с тем и заканчиваем книгу, темой любви. Сейчас время страшных юбилеев — столетие Революции 1917 года, век назад началась Гражданская война, одним из результатов которой стал Великий русский исход. Именно сейчас я хочу пожелать примирения… Это самое важное для страны и мира. Примирение с собственным историческим опытом через осмысление и возможное прощение. Объединение страны, а не разрушение ее через ненависть, вражду, нетерпимость.

Белогвардейский офицер Сергей Бехтеев, вынужденный покинуть Россию в 1920 году и проживший остаток жизни во Франции, написал в октябре 1917 года стихотворение, которое незадолго до расстрела переписала в тетрадь одна из великих княжон:


Пошли нам, Господи, терпенье,В годину буйных, мрачных днейСносить народное гоненьеИ пытки наших палачей.Дай крепость нам, о Боже правый,Злодейства ближнего прощатьИ крест тяжелый и кровавыйС Твоею кротостью встречать.И в дни мятежного волненья,Когда ограбят нас враги,Терпеть позор и униженья,Христос, Спаситель, помоги!Владыка мира, Бог вселенной!Благослови молитвой насИ дай покой душе смиреннойВ невыносимый, смертный час…И у преддверия могилыВдохни в уста Твоих рабовНечеловеческие силыМолится кротко за врагов!


Полагаю, в этой «Молитве» заключены слова тех, кто, претерпев до конца, спасся…

Перейти на страницу:

Все книги серии Архивы Парижа

Тайны и герои Века
Тайны и герои Века

Издательство «РИПОЛ классик» представляет серию мемуаров «Ad Fontes: тайны и герои Века». Серия выходит под редакцией историка Анны Эспарса. Задача серии представить ранее не изданные архивные материалы семей русской эмиграции первой волны, сопроводив их документальными информационными справками. Концептуальное отличие книжной серии «Ad Fontes: тайны и герои Века» от других книжных серий в том, что документы личного происхождения охватывают всё XX столетие и принадлежат представителям нескольких поколений одной семьи.Первая книга серии составлена из воспоминаний, дневниковых записей, писем, рассказов представителей четырех поколений семьи Кошко (от воспоминаний главы уголовного сыска Российской империи Аркадия Францевича Кошко до дневниковых записей французского журналиста Дмитрия де Кошко). Данные архивные материалы прежде не издавались. Книга является уникальным документом эпохи, рассказывающим «от первого лица» о главных событиях XX века.

Анна Эспарса , Аркадий Францевич Кошко , Дмитрий де Кошко

Документальная литература

Похожие книги

Жизнь Пушкина
Жизнь Пушкина

Георгий Чулков — известный поэт и прозаик, литературный и театральный критик, издатель русского классического наследия, мемуарист — долгое время принадлежал к числу несправедливо забытых и почти вычеркнутых из литературной истории писателей предреволюционной России. Параллельно с декабристской темой в деятельности Чулкова развиваются серьезные пушкиноведческие интересы, реализуемые в десятках статей, публикаций, рецензий, посвященных Пушкину. Книгу «Жизнь Пушкина», приуроченную к столетию со дня гибели поэта, критика встретила далеко не восторженно, отмечая ее методологическое несовершенство, но тем не менее она сыграла важную роль и оказалась весьма полезной для дальнейшего развития отечественного пушкиноведения.Вступительная статья и комментарии доктора филологических наук М.В. МихайловойТекст печатается по изданию: Новый мир. 1936. № 5, 6, 8—12

Виктор Владимирович Кунин , Георгий Иванович Чулков

Документальная литература / Биографии и Мемуары / Литературоведение / Проза / Историческая проза / Образование и наука
Мир мог быть другим. Уильям Буллит в попытках изменить ХХ век
Мир мог быть другим. Уильям Буллит в попытках изменить ХХ век

Уильям Буллит был послом Соединенных Штатов в Советском Союзе и Франции. А еще подлинным космополитом, автором двух романов, знатоком американской политики, российской истории и французского высшего света. Друг Фрейда, Буллит написал вместе с ним сенсационную биографию президента Вильсона. Как дипломат Буллит вел переговоры с Лениным и Сталиным, Черчиллем и Герингом. Его план расчленения России принял Ленин, но не одобрил Вильсон. Его план строительства американского посольства на Воробьевых горах сначала поддержал, а потом закрыл Сталин. Все же Буллит сумел освоить Спасо-Хаус и устроить там прием, описанный Булгаковым как бал у Сатаны; Воланд в «Мастере и Маргарите» написан как благодарный портрет Буллита. Первый американский посол в советской Москве крутил романы с балеринами Большого театра и учил конному поло красных кавалеристов, а веселая русская жизнь разрушила его помолвку с личной секретаршей Рузвельта. Он окончил войну майором французской армии, а его ученики возглавили американскую дипломатию в годы холодной войны. Книга основана на архивных документах из личного фонда Буллита в Йейльском университете, многие из которых впервые используются в литературе.

Александр Маркович Эткинд , Александр Эткинд

Документальная литература / Биографии и Мемуары / Прочая документальная литература / Документальное