— Ты должна принять клинок и сделать то, о чём она просит, — подал голос Каллен наконец.
— Ты в своём уме? — тут же вспылил Дезмонд. — Я всё ещё не понимаю, кстати, почему он среди нас?
Иса вздохнула.
— Помнишь, когда мы были на () я просила научить меня пользоваться галактической связью?
— Наверное, было глупо не спросить «зачем».
— Я хотела узнать, есть ли в Ордене кто-то, кто готов пойти за мной. В Ордене Эцин, я имею в виду.
Дезмонд сжал зубы и промолчал. Аврора с любопытством преподняла бровь. Решив дать Калену возможность объяснить ситуацию, Иса повернулась к нему, но тот молчал, и лицо его выглядело столь же невыразительно, как и всегда.
— Ладно, — продолжила она. — если нет других мнений относительно клинка…
Иса очень надеялась, что их не будет, но Дезмонд тут же её перебил:
— Конечно, есть, — он серьёзно смотрел на неё. — В талисманах Сестёр-Карательниц заключена власть, которой человеку не овладеть. Ни в коем случае не берись за клинок и не слушай ничего из того, что она тебе говорит. Очень жаль, что ты рассказала мне о своих планах только сейчас.
— Скорее всего я сделала это не зря, раз ты настолько против них, — заметила Иса. Она мгновенно вспомнила, что там, в видении, был и Галактион. И среди тех девяти, которых показала ей загадочная посланница тоже было его лицо.
«Ирен», — поправила она себя. — «Так её зовут».
Повернула голову и посмотрела своей галлюцинации прямо в глаза. У женщины были правильные, красивые черты лица и бледная кожа. Чем-то они напоминали ей черты Основательницы — возможно сталью и холодом в серых глазах. Одеяние её тоже смутно напоминало любимую эцин церемониальную одежду — белые полупрозрачные шаровары и короткая воздушная блуза на восточный манер. Волосы были собраны возле плеч тремя кольцами.
— Убей его, — одними губами прошептала Ирен.
Иса потёрла висок.
— Друзья, — сказала она обтекаемо, — я сказала Джону, что у меня есть план… Но это было в некотором роде преувеличение. Каллен, ты веришь в то, что я писала тебе о Безымянном?
По лицу Каллена проскользнула тень и он отрывисто кивнул.
— Мы знаем, что война не закончена, — глухо сказал он. — Так было сказано в Книге Звёзд. Пройдёт тысяча лет и он вернётся, чтобы взять своё. И… — он запнулся, а затем продолжил: — И только карающий меч неба сможет навеки уничтожить зло.
На какое-то время в комнате повисла тишиа.
— Если их можно уничтожить мечом, — Иса перевела взгляд на Дезмонда. — Почему Силы не сделали это до сих пор? Я имею в виду… Если они могли создать такое оружие, почему не воспользовались им сами?
Дезмонд молчал и лицо его было мрачным как туча.
— Дез! — окликнула Иса. — Ты сам вызвался нам помогать! Если мы хотим победить, нам придётся друг друга доверять.
— Я скажу, — откликнулась Аврора и усевшись поудобней вздохнула. — Они не воспользуются собственными талисманами, потому что их талисманы сводят с ума. И потому что неизвестно, что станет с тем, кто примет на себя это бремя… Когда необходимость в нём отпадёт.
— Спасибо, — глухо откликнулся Дезмонд.
— Я не больше чем ты хочу, чтобы кто-нибудь использовал меч против Галактиона, — негромко откликнулась Аврора. — Впрочем, и сама идея привезти талисманы на Землю не кажется мне хорошей. Пока они в наших руках, но нас всё ещё меньше и мы слабей. Не удивлюсь если в ближайшее время талисманы станут предметом для раздора. А если они попадут в руки Безымянного… Боюсь, это будет как раз тот объём энергии, которого ему не хватало, чтобы открыть свои Врата.
— Тогда зачем ты вообще предложила… — Иса замолкла, растеряно глядя на наставницу.
— Потому что других идей у меня нет, — та отвела глаза.
На некоторое время в комнате повисла тишина. Потом Дезмонд произнёс:
— Идея есть у меня. Она довольна проста. Надо выяснить, где он собирается открыть Врата. Возможно, это сможет сказать Галактион. Основную массу сил бросим на сдерживание единичных атак. А я и мои браться отправимся к Вратам… И когда он сам попытается пройти в Верхний мир — уничтожим его.
Иса зачаровано смотрела на любимого.
«Как похоже мы мыслим», — она не сдержала улыбки. «Но нет. Это не твоё время умирать».
— С мечом ты наконец очистишь мир от скверны, от греха и от ненависти.
Иса, изо всех сил старавшаяся сосредоточиться на составлении тактического плана, сдалась и отодвинула клавиатуру.
— Нельзя мечом победить ненависть, — сказала она тихо и немного зло. — Это было бы невероятно круто, если бы ты была права, но…
Меч — и галлюцинация, прицепившаяся к нему в первый же день — не успокаивались ни на час. Во сне и наяву он продолжал звать и предлагать. Картины, которые рисовала Ирен, заставляли болеть сердце.
Иса не была уверена, но временами ей казалось, что услышь она эти предложения тысячу лет назад — не смогла бы устоять.
Её не соблазняла власть, мысль о ней скорее утомляла, чем была сладкой.