Для того чтобы как можно быстрее овладеть немецкими достижениями в области ракетной техники, советские инженеры привлекли к сбору и анализу матчасти и документации не успевших удрать на запад немецких специалистов. Эта задача облегчалась тем, что население Германии во всех оккупационных зонах в те годы жило впроголодь. Война была катастрофически проиграна, элементарное выживание стало более чем проблематичным. Поэтому в сердцах большинства немцев не возникало непреодолимых моральных барьеров на пути к добросовестному сотрудничеству с бывшим противником.
Немногочисленные немецкие ракетчики, не пожелавшие или не успевшие перейти к американцам, в июне 1945 г. были привлечены к работе в институте РАБЕ (сокращение RABE от немецкого Raketen bau Entwinklung- «Воссоздание ракетостроения»), организованном в городке Бляйхероде, расположенном неподалеку от Нордхаузена. Деятельность советских военно-промышленных «трофейных команд» осуществлялась с истинно армейской решительностью. «Подполковник» А.М. Исаев своей властью назначил «майора» Б.Е. Чертока начальником ими же учрежденного института РАБЕ. Официальное одобрение на создание института от начальника управления советской военной администрации Тюрингии И.С. Колисниченко было получено позднее.
Впрочем, к августу эта организация перешла в подчинение профессиональных военных.
Намного больше элементов авантюры проявилось в попытках привлечь к работе в РАБЕ наиболее квалифицированных немецких специалистов, ранее сдавшихся американцам. В 1945 г. «холодная война» всерьез еще не началась. Хотя каждая из держав-победительниц учитывала в первую очередь свои интересы, союзнические отношения поддерживались в предельно широкой области. Пересечь разграничительную линию между оккупационными зонами было не сложно. Но американцы проявили бдительность, и большинство попыток перевербовок не удалось. Тем не менее именно с Запада перешел Гельмут Греттруп — заместитель фон Брауна по электротехнической части и радиоуправлению ракетами, который в дальнейшем и возглавил группу немецких сотрудников. Ценными специалистами были также гироскопист Курт Магнус и инженер по бортовой автоматике Ганс Хох.
К сожалению, большинство немецких сотрудников института РАБЕ и других организованных советской администрацией научно- технических учреждений, будучи весьма квалифицированными специалистами в своей узкой области техники, никогда не работало в ракетостроении и не имело соответствующего опыта.
Наиболее неожиданный случай привлечения немецкого специалиста из западных зон оккупации был связан с организованными англичанами октябре 1945 г. показательными пусками трофейной «Фау-2» из окрестностей г. Кугсгафена в направлении прилегающего к нему Северного моря.
Англичане пригласили союзников на последний из трех пусков. В составе направленной в английскую оккупационную зону советской группы вошел С.П. Королев. С американской делегацией прибыл крупнейший в США специалист по аэродинамике и ракетной технике Теодор фон Карман, в то время — полковник, разумеется, столь же «профсоюзный», как и наш Сергей Павлович.
Пуски осуществляли боевые расчеты, набранные из пленных немецких офицеров и солдат. По преданию, действенным аргументом в пользу участия в пусках оказалось обещание в случае успешного проведения ракетных стрельб впредь не рассматривать этих немцев как бывших эсэсовцев, которым было доверено фашистами ракетное оружие, а приравнять их к военнослужащим вермахта.
Королев узнал от англичан фамилию капрала Фихтеля, проводившего предстартовую подготовку ракеты. В конечном счете, удалось склонить его к переходу на восток Германии.