Андрес легонько прикоснулся к моему локтю и по-доброму улыбнулся. Но я все-таки тень. Практически признанная, а, значит, фактически "родная". Легкая улыбка и этот открытый взгляд меня не обманули. Мой хозяин пребывал в высшей степени напряжения. Нервное частое дыхание, улыбка то и дело сползающая с лица и напряженные руки, держащие мой локоть. Интересно, а оракул умеет читать мысли? Сейчас меня заботило только одно — волнующее чувство, разливающееся по телу от одного лишь прикосновения моего хозяина. Кажется, одну тень определенно выгонят взашей за непотребное вольнодумие.
Пока я предавалась мечтам, Андрес, удерживая меня за локоток, прошествовал к огромным резным створками, дверью это красивое архитектурное чудо назвать язык не повернулся.
Створки плавно распахнулись, и перед нами возникла огромная зала. Полупрозрачные стены являли собой фрески с изображением магов, заключенные в большие гладкие глыбы льда. На одних маги были изображены в полете, а за их спинами как знамена реяли крылья, на других одаренные восседали на драконах, третьи изображали битвы, и все это великолепие состояло из крохотных кусочков разноцветного, мерцающего камня. Картины казались выпуклыми, острыми, царапающими взгляд. Пол же был гладок, прозрачен и усеян едва заметными вкраплениями воздушных пузырьков, и это придавало ему необычайное сходство с хрупким льдом. Эти ощущения лишь усиливались при ходьбе. Слабый характерный звук-треск, когда идешь по тонкому льду в период первого потепления раздавался при соприкосновении с гладкой поверхностью. Если честно, провалиться под тонкую корку мерзлой воды желания не возникало. И я, следуя за Андресом, непрерывно смотрела себе под ноги. Сосредоточенный взгляд блуждал по плавной поверхности, а слух старался уловить малейший треск. На мой взгляд, пол представлял опасность для моего хозяина. Жалко, если такая симпатичная мордашка слегка помнется от соприкосновения со "льдом" или, того хуже, уйдет под воду прямо перед Великим оракулом, что несомненно отразится на репутации мага и сплетней разнесется на все королевство. Продолжая наблюдать за необычным покрытием под ногами, я заметила неясное шевеление где-то в толще водяной глади. Рыбки. Это были рыбки. Разноцветными стайками хаотично мелькающие прямо под тонкой коркой льда.
От неожиданности я вздрогнула и замерла, но Андрес не позволил остановиться и упорно вел к нише, находящейся в самом дальнем конце комнаты. Мы приблизились, и я увидела небольшой камень ярко-фиолетового цвета, заключенный в огромный прозрачный стеклянный шар. Эта необычная конструкция парила в воздухе, создавая ощущение движения от незримого ветра. Но даже намек на дуновение стихии отсутствовал. Мы одновременно остановились зачарованные необычным зрелищем. И не знаю, сколько бы так простояли. Андрес отмер первым и настойчиво потянул меня за руку, заставляя опуститься на оба колена, сам же остался стоять каменным изваянием, возвышающимся над моей головой. Этот момент был определенно решающим во всем нашем странном и захватывающем путешествии, поэтому я старалась проникновенно улыбаться, молчать и, по возможности, ничего не спрашивать, дабы не нарушить ауру благоговения, окутавшую это место и Андреса в частности. Стоять в коленопреклоненной позе жутко и неудобно. Бедные мои ножки затекли, а улыбка, поддерживаемая лишь упрямством и огромной силой воли, померкла. Тишина, лишь изредка разбавляемая скрежетом моих зубов, окутала нас подобно огромному кокону. Да, плачевно и незабываемо… Обдумать свое положение и, главное, позу все же не дали. Громкий неживой голос с противными механическими вкраплениями начал протяжно и пафосно вещать:
— Здравствуй, мой мальчик, — растерянная улыбка на моем лице сменилась на этакую ухмылку. А что? Забавненько, — Я рад тебе. Вижу, ты нашел частичку своей души. Береги ее, — жаль совет да любовь не прозвучало. Но тоже не плохо, с придыханием и рвением, прямо за душу задело, в смысле, заскрежетало. Кажется, мои злые мысли каким-то образом дошли до мертвой стекляшки. Артефакт повернулся вокруг своей оси и, как это ни прискорбно, повернулся ко мне тыльной, слегка запыленной частью. "Зад, это он", — мрачно подумала я и приготовилась услышать что-то и в свой адрес. На доброе слово в этот момент я не рассчитывала. Зачем тешить себя напрасными иллюзиями?
— Здравствуй, мое блудное дитя. Рад, что ты нашла свое место в жизни, — интересно это он всерьез? — Береги и берегись, — цвет загадочного предмета, парящего в воздухе сменился на ярко-алый. И это мне совершенно не понравилось, вот совсем нет. Немного изловчившись — принимая более удобную позу (ноги слегка затекли) — я поймала настороженный взгляд своего хозяина. Андрес прибывал в боевой готовности и, по всей видимости, тоже ничегошеньки не понимал. Ритуал завершен? Все свободны? Ан, нет. Механический скрежет выдал очередную малоприятную фразу.