В комнате, в которой они оказались, было полно труб — таких же через которую они только что проползли. Металлические рукава тянулись от стен к большому, громыхающему ящику, внутри которого находился вентилятор. Кроме труб здесь было несколько коробок с инструментами и какими-то бутылками, горящая под потолком пыльная лампочка и дверь, ведущая неизвестно куда.
— Что это за место?
— Вентиляционный узел хранилища Зерна, — Ри уселся рядом с проделанной им дырой на пол, закрыл глаза и стал совершенно неподвижным.
Сперва Рифа просто наблюдала за ним, не зная, куда себя деть. Затем начала беспокоиться, не ушибся ли тот, пока спускался по трубе.
— Ри?
— Тихо, я считаю. Помолчи пока.
Рифа села рядом и принялась ждать.
Ри закончил куда быстрее, чем она предполагала. Он засунул в дыру над головой руку и снова застыл.
— Ты все еще считаешь? — осторожно поинтересовалась Рифа.
— Уже нет, малышка. Но теперь нам снова придется подождать.
— А что ты делаешь?
— Подаю в систему психотропный газ. Это такой особый газ, который прогонит отсюда тех, кто охраняет Зерно.
— Откуда ты его берешь?
— Ты все равно не поймешь и не запомнишь. Спроси лучше что попроще.
Рифа дулась на него недолго. Решив, что лучше извлечь из ситуации всю возможную пользу, а не думать о плохом, она придвинулась к Ри ближе и вкрадчиво заглянула в глаза.
— Скажи, Ри, а о каких других девочках ты говорил?
— Когда это я говорил о других девочках? — удивился он, и Рифа не поняла, всерьез это или понарошку.
— Когда сказал, что они пользуются твоей добротой.
— А, ты об этом, — на его губах появилась неловкая улыбка. — Ну, однажды я уже присматривал за одной маленькой непоседой.
— Потому что тебя попросил отец?
— Нет, я сам так захотел. А отец не стал запрещать.
Рифа хотела расспросить его о той девочке, но донесшиеся из-за двери крики прервали ее.
— Начинается, — прыснул Ри.
— Что там происходит? Почему они кричат? — встревожилась Рифа.
— Потому что им страшно. Они видят что-то плохое и думают, что оно пытается их слопать. Не беспокойся, малышка, это просто разыгравшееся воображение. Таким здоровякам ничего не будет, если они немного испугаются.
— Церковники ничего не боятся.
— А кто еще совсем недавно рыдал на всю шахту?
— Я не рыдала. И я еще маленькая.
— И то верно, — Ри успокаивающе улыбнулся. — Не обращай на них внимания, с ними ничего не случится.
Чтобы не обращать внимания на раздающиеся все чаще и ближе крики, Рифе пришлось зажать уши руками, но до нее все равно доносились отголоски до смерти испуганных голосов и топот. Гремели двери, люди пробегали мимо, спасаясь от чего-то по-настоящему ужасного. Иначе зачем им было так бежать?
Паника не стихала четверть часа, но когда все закончилось, Ри не спешил выходить из комнаты. Он только вытащил руку из трубы и устроился поудобнее.
— Дадим им еще немного времени, чтобы они успели убраться из города, — пояснил он.
Кивнув, Рифа прислонилась к его плечу. Она почти задремала, когда пришло время идти дальше.
За дверью находился длинный, широкий балкон. Он тянулся вдоль помещений, построенных вкруговую на стенах огромного купола, накрывшего, словно колпак, черную пропасть под ним. В центре этой пропасти стоял столб, к которому от балкона тянулись два луча-моста.
Открыв рот, Рифа смотрела на кусок камня, который лежал на вершине столба. Синий минерал мерцал, будто внутри него жили тысячи светлячков.
— Это Зерно? — шепотом спросила она.
— Да. Ты готова, малышка?
Посмотрев на Ри, она несмело кивнула. Мальчик сжал ее ладонь и направился к ближайшему мосту.
Шагая по тонкой, но от этого не менее прочной пластине камня, и косясь в пустоту вокруг, Рифа схватила Ри за футболку. От падения с такой высоты она разбилась бы, как любой другой человек. Если, конечно, у этой бездны существовало дно.
По мере того, как они приближались, свечение становилось ярче. Сперва Рифа решила, что оно просто становится заметнее, но вскоре поняла: Зерно действительно разгорается, точно тлеющий уголек под порывами ветра.
С каждым шагом она все больше смотрела на Ри. В отличие от нее он совсем не боялся. Мальчик выглядел так, будто вышел на прогулку после жаркого летнего дня — подышать вечерней свежестью и ароматом просыпающихся ночных цветов.
Когда он остановился в шаге от сияющего, словно электрический фонарь, Зерна, она юркнула ему его спину и прошептала:
— Мне страшно, Ри.
— Я знаю, малышка, — он погладил ее по голове. — Но ты должна это сделать. Кроме тебя никто не сможет. Ты понимаешь?
Спрятав лицо у него на боку, Рифа часто закивала.
— Что мне нужно делать?
— Достаточно коснуться его. Дальше твоя сила справится со всем сама.
— И что тогда случится? — Рифа подняла на него блестящий взгляд.
— Я не знаю, малышка. Но с тобой все будет в порядке.
— А с тобой? Как же ты, Ри?
Она внезапно вспомнила, что Ри вынудил эвакуировать жителей Безвременья, как раз для того, чтобы никто не пострадал, когда она доберется до Зерна. И по той же причине ждал, пока из города уйдет охрана хранилища.
— Ты же сама говорила, что мне такое не страшно.
— Я говорила о другом.