Нина уже по привычке закрыла глаза, чтобы не видеть, куда они едут. И вряд ли это был аэропорт. В этом она почти не сомневалась. Никто не сомневался. Они притормозили около магазинчика, где продавали вино.
– Привет! – Дядя Рафик зашел в крошечную комнату, уставленную бутылками. – Так, мне нужно вино хорошее, чачу домашнюю, и быстро. На самолет опаздываем!
Нине казалось, что дядя Рафик способен задержать даже регулярный рейс. И нисколько не удивилась бы, если бы главный пилот оказался его троюродным племянником по материнской линии. Тут же, в магазинчике, дядя Рафик открыл бутылку вина, налил Нине в пластиковый стакан и заставил выпить. Она поняла, что чувствовал Джей, в которого насильно вливали то кофе, то чачу. Но вино побежало по венам, стало тепло, даже жарко. Слезы сразу высохли. Откуда-то появилась закуска – хачапури, овощи, зелень. Нина улыбалась и надеялась, что самолет улетит без нее. Она хотела вернуться домой, к крестной, выпить кофе и позвонить Вале, а потом поехать к Натэле – узнать, как у нее дела.
– Дедуля, поехали. Совсем уже опаздываем, – сказал ей дядя Рафик.
В аэропорту на единственный рейс стояла очередь. Кто-то доплачивал за перевес, кто-то заматывал чемоданы в пленку.
– Мне тоже нужно замотать, – обеспокоенно сказала Нина.
– Не надо! – оборвал ее дядя Рафик. – Нормально долетишь. Если я сказал, то так и будет!
Дядя Рафик отодвинул столбики с ограничительными лентами и подвел Нину прямо к стойке.
– А как же очередь? – ахнула Нина.
– Слушай, они туристы, пусть стоят, а мы местные! Давай паспорт. Вот, регистрируй ее!
Нина только открыла рот от изумления. Никто не стал возмущаться, а девушка приветливо улыбнулась и быстро выдала ей посадочный талон.
– Ну, а ты боялась! – улыбнулся довольный дядя Рафик. – Все, иди! Ася, поехали домой, я еще успею футбол посмотреть.
И тут в зал ворвалась Натэла. Вслед за ней семенил Леванчик.
– Нина! Ты еще не улетела! Слава богу! Я хотела тебя проводить! – Натэла кинулась обниматься. – Ты мне даже свой телефон не оставила! Ты когда приедешь?
– Не знаю, – опешила Нина. – Как у тебя дела?
– Ой, я так счастлива! Так счастлива! Джей такой мужчина! Представляешь, он хочет поменять билет! Я тебя провожу сейчас и пойду менять! Он не хочет от меня улетать!
Натэла выглядела такой же сумасшедшей, как и ее отец. Только не тихой, а буйной. Она была все в том же «свадебном» вечернем платье, и на нее все оглядывались.
– Ты мне звони, – сказала Нина. – В любое время. И приезжай. Все будет хорошо.
– Спасибо тебе! Спасибо! – плакала Натэла.
– Все, хватит, поехали домой, – вмешался в эту сцену прощания дядя Рафик.
Но тут в зал влетела Карина, жена Вахтанга.
– Слава богу, успела! – кинулась она к Нине.
– Что еще? – Рафик закатил глаза.
– Вот, Вахтанг велел тебе передать. – Карина достала из сумки фотографию. Нина никогда ее не видела. На фото она, четырехлетняя, стояла с мамой на фоне цветущего кустарника. Тома улыбалась и была очень красивой и счастливой. – Это любимая фотография Вахо, – сказала Карина. – Но он сказал, что тебе она сейчас нужнее. Извини, что он сам не приехал, у него тяжелый мужчина. Чуть не утонул. Вахо еле спас.
– Ты здесь очень на Тому похожа, – сказала крестная, разглядывая фото.
– Да, Вахо сказал, чтобы ты возвращалась. Чтобы знала, что наш дом – твой дом, – сказала Карина. – Рафик, ты меня до больницы довезешь? А то у меня там очередь сидит.
– Если больше никто не приедет, то довезу! – ответил Рафик.
Нина еще раз поцеловала крестную, Натэлу, Карину, обняла дядю Рафика, наконец прошла паспортный контроль и села в крошечном зале ожидания. Ей вдруг очень захотелось курить.
– Простите, – подошла она к пограничнику, – а где здесь можно курить?
– Где хочешь! – ответил пограничник и даже удивился вопросу.
– А пить тоже можно? У меня с собой вино. Я его не упаковала в чемодан. Нельзя же провозить?
– Почему нельзя? – еще больше удивился пограничник. – Пей, кури, вон столики! Рафик сказал, чтобы я тебя прямо к рейсу позвал!
– А вы кто?
– Я с дочкой его племянника в одном дворе живу! А моя троюродная сестра у Натэлы в классе учится! Иди! Отдыхай! Сейчас все сделаем!
И тут же открылись жалюзи в кафе, официантка пошла варить кофе на крошечной плитке, проигнорировав кофейный аппарат. Тут же на столе Нины появились пепельница и уже открытая пачка сигарет.
– Я не хочу улетать, – призналась Нина пограничнику.
– Нет, надо, – ответил он серьезно. – Ты сейчас улетай, я дяде Рафику обещал, а потом уже прилетай. Хорошо? Не подводи меня. Я обещал тебя в самолет посадить! А дальше – делай, что хочешь!
– Хорошо, – кивнула Нина.