– …Брайан, я, конечно, понимаю, холод и все такое, а мы ужасно устали, но не тревожься. Скоро мы уже будем в тепле. Попутный ветер мигом доставит нас в Оруэлл.
– …Но… я… – Коко смотрела на мистера Адлера с тем же ужасом и удивлением, которое наверняка читалось и во взгляде Брайана. Он вдруг заметил, что подруга сжимает часы Олли и потрепанный лист бумаги. Лицо у нее блестело от слез. Слезы бежали и по щекам Брайана.
Он подошел к Коко и спросил:
– …Что написано на часах?
На дисплее высветился новый обратный отсчет. Только гораздо дольше. 60 дней, 0 часов, 0 секунд.
– …А на бумаге что?
Друзья вместе развернули записку. Там было несколько торопливых строк:
– …Джонатан Вебстер, – припомнил Брайан. – Он же заключил сделку с Человеком с улыбкой на лице, чтобы воскресить брата. Что же Олли наделала?
– …Видимо, пожертвовала собой ради папы. Чтобы его рука вылечилась, – шепнула Коко. – Пошла на какие-то условия. Наверное, про это она нам и не рассказала. – Девочку била крупная дрожь.
– …Что же он получил взамен? – спросил вслух Брайан. – Неужели она прыгнула в озеро, чтобы от него спастись?
– …Нет, – возразила Коко. – Прыгнула, потому что знала: он не позволит змее ее съесть. Он ведь обещал другое. Таковы условия. Так что она жива…
Сердце Брайана колотилось от ужаса и паники. Он судорожно пытался понять произошедшее.
В кармане у него что-то зашуршало. Хотя раньше он пустовал. Мальчик машинально достал еще один клочок бумаги.
Этот уже был плотным. На нем темнели округлые, вычурные буквы. Тот же почерк ребята уже видели на обороте черной метки – предостережения, где говорилось о дне, времени и месте.
Перед ними была записка.
Все забыли о ней.
Кроме вас.
У вас всего один шанс ее вернуть.
Зовите это реваншем.
Я вышлю приглашение.
Вы сразу поймете, когда его получите.
– …С.
– …Человек с улыбкой на лице, – догадался Брайан. Страх оставил его. В душе полыхнула яростная, ослепительная надежда.
– …Всего один шанс, – напомнила Коко.
– …Нам этого хватит, – ответил мальчик, и они с Коко решительно переглянулись. Тем временем деревянная лодка пристала к каменистому берегу. Луна лила на воду свой свет, серебристый, как чешуя умирающего чудовища.