Мы живем в эпоху небывалого технического прогресса. Современные суда поражают красотой, смелостью конструктивных и архитектурных решений. В крепких корпусах упрятаны десятки тысяч лошадиных сил, которые позволяют преодолевать могучее сопротивление воды, в считанные дни перебрасывать с одного материка на другой тысячи людей и десятки тысяч тонн грузов. На судах устанавливаются самые умные, самые совершенные приборы, включая ЭВМ и аппаратуру спутниковой навигации. И все-таки корабли продолжают гибнуть, потому что никакая вычислительная машина, никакой сверхмудрый прибор не сможет заменить Человека, его мастерство судовождения, его способность мгновенно принимать единственно правильное решение в экстраординарной ситуации — ведь никакая техника не в состоянии предусмотреть чрезвычайные обстоятельства, которые подстерегают мореплавателя на каждом шагу. Особенно страшен океан во время сильного шторма. Человек — этот мудрый и, казалось бы, всесильный хозяин планеты — попав в шторм, сразу молодеет на несколько тысяч лет и превращается в древнего беспомощного мореплавателя на утлой лодке, который решительно ничего не- может противопоставить разбушевавшейся стихии. Единственное, на что способен властелин земли и покоритель космоса — это терпеливо ждать, пока его величество Океан не сменит гнев на милость. И, пожалуй, нет на свете такого моряка, самого бывалого и просоленного морского волка, который бы не испытывал страха перед морем. Автор этих строк на всю жизнь запомнил слова, сказанные во время плавания одним старым капитаном рыболовного траулера: «Океан не мальчик, его не приласкаешь».
Шел 1985 год. Гидрографическое судно «Норр» под флагом ВМФ США и научно-исследо- вательское судно «Сюруа» под французским флагом, работавшие в составе совместной французско- американской экспедиции, методически прочесывали район площадью 30 квадратных миль в 400 милях от Ньюфаундленда — там, где 73 года назад произошла катастрофа века. Командовал экспедицией Роберт Баллард, руководитель лаборатории глубоководных исследований океанографического института в Вудс-Холле, штат Массачусетс.
Баллард вырос в Южной Калифорнии, на берегу океана. Как все мальчишки в этих краях, собирал ракушки и вылавливал плавающие доски, представляя, что это обломки потерпевших бедствие кораблей, запоем читал и перечитывал жюльверновские книги, и больше всего — «80 ООО километров под водой» — про подводную лодку «Наутилус» и капитана Немо. Потом, переехав в Бостон, Роберт вступил в «Общество морских бродяг». Члены общества бредили морем, увлеченно занимались нырянием в аквалангах. Перед этими энтузиастами выступали Жак Кусто, известный эксперт по акулам Юджин Кларк. На собраниях общества много говорили о морских катастрофах, о поисках затонувших сокровищ, и именно тогда у юного Роберта зародилась мечта исследовать крупнейшее из затонувших судов — «Титаник».
Будучи студентом университета морской геологии на Гавайях, Баллард подрабатывал, дрессируя дельфинов в местном гидропарке, обучая их прыгать через обруч и делать другие трюки.
Потом Роберта призвали на службу в ВМС, где он был зачислен группу глубоководных исследований океанографического института в Вудс-Холле.
В 1973 году Роберт был членом экипажа миниатюрной 3-местной подводной лодки «Элвин». Глубина погружения этого аппарата была невелика — всего 1800 м, но именно в тот год военно-морское ведомство решило модернизировать аппарат, сделав ддя него корпус из высокопрочных титановых сплавов, рассчитанных на чудовищные нагрузки. В результате модернизации рабочая глубина аппарата увеличилась до 4000 м, а это уже была та самая глубина, на которой лежал «Титаник». По чистому совпадению проект модернизации мини-лодки назывался «Титан». Итак, материал корпуса — титан, название проекта — «Титан», словно сама судьба подала знак к тому, чтобы этот аппарат был использован для поиска «Титаника».