Читаем Том 10. Насморк. Абсолютная пустота. Мнимая величина. Провокация полностью

Итак, урок, преподанный нашей эпохе нацизмом, не забыт. Можно силой сокрушить преступное тоталитарное государство, как был сокрушен Третий рейх, и тогда вина испаряется, рассыпается как песок, обличенные виновники съеживаются и исчезают – кроме горстки главных конструкторов геноцида и наиболее рьяных исполнителей, забрызганных кровью; но этот посев, рассыпаясь, не гибнет. Процесс непрестанного расширения круга виновных нашел свое логическое завершение. Эсхатологический цикл XX века от лагерей насильственных мук дошел до лагеря добровольного самоубийства. На этом последнем этапе казнящие слились с казнимыми, тем самым доказывая, что виновен каждый; исходная ситуация беспомощности повторилась, ибо воплощенное в этих побегах зла наследие былых преступлений уже нельзя побороть способом столь беспощадно простым, как свержение тирании. Историк и антрополог Хорст Асперникус, доктор философии, имя которого заставляет вспомнить другого Хорста[193], в заключение своего труда не предлагает нам панацеи против эндемии нигилизма; он считает, что выполнил свою задачу, вскрыв ужасную связь между злокачественной опухолью геноцида и ее метастазами в лоне европейской цивилизации. Как бы ни были спорны его выводы, какое бы сильное сопротивление ни вызывали они, нельзя пройти мимо них равнодушно. Боюсь, что эта попытка включить нацизм в систему средиземноморской культуры, отказ видеть в нем диковинное исключение и сплошной кошмарный эксцесс, войдет в канон знаний о современном человеке, даже если подвергнутая патологоанатомическому исследованию чума дождется наконец своих терапевтов.

Вопрос, которому посвятил свой двухтомный труд Асперникус, это, как говорит он сам, вопрос о месте смерти в культуре. Предвидеть, как оно будет меняться в дальнейшем и к чему такие изменения приведут, труднее всего; циклический процесс завершил свой круг: зло побывало всюду, где только можно вообразить, и нигилистическая игра, начавшаяся с паранойи нацизма, дошла до логического конца, до мании коллективного самоубийства. Что остается еще человечеству в области зловещих свершений? Какие еще придумает оно игры со смертью – то прячущей свое лицо под вуалью, то завлекающей кровавым стриптизом? Этот вопрос без ответа завершает «Историю геноцида».

БИБЛИОГРАФИЧЕСКАЯ СПРАВКА

Роман «НАСМОРК» — первая публ.: Lem S. Katar. Krakow: Wydawnictwo Literackie, 1976.

Первая публ. на рус.яз. (в пер. СЛарина, В.Чепайтиса) в журн.. Знамя, 1978, № 4-5.

Роман переведен на тринадцать языков.


Сборник рецензий на несуществующие книги «АБСОЛЮТНАЯ ПУСТОТА» вышел отдельным изданием в 1971 г. (Lem S. Doskonata proznia. Warszawa: Czytelnik, 1971). Во II издании (в кн.. Lem S. Doskonaia proznia; Wielkosc urojona. Krakow: Wy da wnictwo Literackie, 1974) он был дополнен псевдорецензией «Non serviam» («Не буду прислуживать»).

Сборник предисловий к несуществующим книгам «Мнимая величина» вышел отдельным изданием в 1973 г. (Lem S. Wielkosc urojona. Warszawa: Czytelnik, 1973).

В дальнейшем сведения о публикациях произведений, вошедших в сборники, опускаются, если текст впервые опубликован в одном из вышеуказанных изданий.


«АБСОЛЮТНАЯ ПУСТОТА»

«Абсолютная пустота» — первая публ. на рус.яз. (в сокр. пер. 3.Гессен, под загл. «Идеальный вакуум») в журн.: Иностранная литература, 1975, № 3.

«Робинзонады» — первая публ. в журн.: Nurt (Poznan), 1970, № 7.

Первая публ. на русском языке (в пер. В.Кулагиной-Ярцевой) в журн.: «Если», 1993, № 8.

«Гигамеш» — первая публ. в журн.: Nurt, 1970, № 5.

Первая публ. на рус.яз. (в сокр. пер. З.Трснко) в жури.: Наука и техника (Рига), 1974, № 1.

«Сексотрясение» — первая публ. в журн.: Szpilki (Warszawa), 1970, № 6.

Первая публ. на рус.яз. (в пер. К.Душенко) в журн.: Химия и жизнь, 1988, № 3.

«Группенфюрер Луи XVI» — первая публ. в журн.: Nurt, 1970, № 9.

Первая публ. на рус.яз. (в пер. Е.Вайсброта) в кн.: Антология. Библиотека советской фантастики, т.15. М., 1973.

«Ничто, или Последовательность» — на рус.яз. публикуется впервые.

«Перикалипсис» — первая публ. на рус.яз. (в пер. З.Тренко) в журн.: Наука и техника, 1973, № 7. Имеются три русских перевода.

«Идиот» — первая публ. в журн.: Nurt, 1970, № 11.

Первая публ. на рус.яз. (в пер. К.Душенко) в журн.: Студенческий меридиан, 1989, № 10.

«Сделай книгу сам» — первая публ. на рус.яз. (в пер. Т.Казавчинской под загл. «Пишите книги сами») в журн.: Вопросы литературы, 1979, № 4.

«Одиссей из Итаки» — первая публ. в журн.: Nurt, 1970, № 12.

Первая публ. на рус.яз. (в сокр. пер. Л.Хохлова) в журн.: Знание — сила, 1972, № 2.

«Ты» — на рус.яз. публикуется впервые.

«Корпорация «Бытие» — первая публ. на рус.яз. (в пер. Е.Вайсброта, под загл. «Предприятие «Быт») в журн.: Техника — молодежи, 1972, Nq 7. Имеются три русских перевода.

«Культура как ошибка» — первая публ. в журн.: Nurt, 1970, № 6.

Перейти на страницу:

Все книги серии Лем, Станислав. Собрание сочинений в 10 томах

Похожие книги

10 мифов о 1941 годе
10 мифов о 1941 годе

Трагедия 1941 года стала главным козырем «либеральных» ревизионистов, профессиональных обличителей и осквернителей советского прошлого, которые ради достижения своих целей не брезгуют ничем — ни подтасовками, ни передергиванием фактов, ни прямой ложью: в их «сенсационных» сочинениях события сознательно искажаются, потери завышаются многократно, слухи и сплетни выдаются за истину в последней инстанции, антисоветские мифы плодятся, как навозные мухи в выгребной яме…Эта книга — лучшее противоядие от «либеральной» лжи. Ведущий отечественный историк, автор бестселлеров «Берия — лучший менеджер XX века» и «Зачем убили Сталина?», не только опровергает самые злобные и бесстыжие антисоветские мифы, не только выводит на чистую воду кликуш и клеветников, но и предлагает собственную убедительную версию причин и обстоятельств трагедии 1941 года.

Сергей Кремлёв

Публицистика / История / Образование и наука
Зеленый свет
Зеленый свет

Впервые на русском – одно из главных книжных событий 2020 года, «Зеленый свет» знаменитого Мэттью Макконахи (лауреат «Оскара» за главную мужскую роль в фильме «Далласский клуб покупателей», Раст Коул в сериале «Настоящий детектив», Микки Пирсон в «Джентльменах» Гая Ричи) – отчасти иллюстрированная автобиография, отчасти учебник жизни. Став на рубеже веков звездой романтических комедий, Макконахи решил переломить судьбу и реализоваться как серьезный драматический актер. Он рассказывает о том, чего ему стоило это решение – и другие судьбоносные решения в его жизни: уехать после школы на год в Австралию, сменить юридический факультет на институт кинематографии, три года прожить на колесах, путешествуя от одной съемочной площадки к другой на автотрейлере в компании дворняги по кличке Мисс Хад, и главное – заслужить уважение отца… Итак, слово – автору: «Тридцать пять лет я осмысливал, вспоминал, распознавал, собирал и записывал то, что меня восхищало или помогало мне на жизненном пути. Как быть честным. Как избежать стресса. Как радоваться жизни. Как не обижать людей. Как не обижаться самому. Как быть хорошим. Как добиваться желаемого. Как обрести смысл жизни. Как быть собой».Дополнительно после приобретения книга будет доступна в формате epub.Больше интересных фактов об этой книге читайте в ЛитРес: Журнале

Мэттью Макконахи

Биографии и Мемуары / Публицистика
Дальний остров
Дальний остров

Джонатан Франзен — популярный американский писатель, автор многочисленных книг и эссе. Его роман «Поправки» (2001) имел невероятный успех и завоевал национальную литературную премию «National Book Award» и награду «James Tait Black Memorial Prize». В 2002 году Франзен номинировался на Пулитцеровскую премию. Второй бестселлер Франзена «Свобода» (2011) критики почти единогласно провозгласили первым большим романом XXI века, достойным ответом литературы на вызов 11 сентября и возвращением надежды на то, что жанр романа не умер. Значительное место в творчестве писателя занимают также эссе и мемуары. В книге «Дальний остров» представлены очерки, опубликованные Франзеном в период 2002–2011 гг. Эти тексты — своего рода апология чтения, размышления автора о месте литературы среди ценностей современного общества, а также яркие воспоминания детства и юности.

Джонатан Франзен

Публицистика / Критика / Документальное