К работе над «Повестью» Грин приступил в начале 1930 года. Первоначально в рукописи он озаглавил ее «На суше и на море», дав подзаголовок «Автобиографические очерки А. С. Грина». Есть сведения, что он также хотел назвать ее «Книга о себе» (по другому источнику – «Легенда о себе»). Название «Автобиографическая повесть» дано «Издательством писателей в Ленинграде».
К «Автобиографической повести» не следует относиться, как к безусловно документальному повествованию. Свидетельства современников и архивные материалы, которыми располагают исследователи, позволяют обнаружить немало фактических неточностей и ошибок, связанных нередко с тем, что автора просто подводила память. Но прежде всего надо иметь в виду, что, работая над «Повестью», Грин не просто вспоминал события прожитой им жизни, а хотел также нарисовать картины своей эпохи. В результате «Повесть» написана как бы в двух планах: с одной стороны, главным героем ее является сам А. С. Грин, она рассказывает о его детстве и юности, о годах его бродяжничества, с другой, – она полна всевозможных отступлений, рассказов о других людях и событиях, в которых писатель сам не участвовал или свидетелем которых не был. Поэтому, как ни камерна книга по своей теме, все же это не автобиография А. С. Грина, а именно «Автобиографическая повеет ь», в которой писатель обобщил увиденное им на рубеже двух веков.
В «Повести» не нашел отражения период жизни Грина между «Уралом» и «Севастополем». По возвращении с Урала Грин некоторое время работал банщиком на станции Мураши, весной уехал под Котлас, но вскоре вернулся, потом работал на барже судовладельца Булычова. Оставшись вновь без работы, Грин решился пойти добровольцем в солдаты. В неоконченном автобиографическом очерке «Тюремная старина» он писал: «Моя служба прошла под знаком беспрерывного и неистового бунта против насилия… При малейшей попытке заставить меня чистить фельдфебелю сапоги или посыпать опилками пол казармы (кстати – очень чистой), или не в очередь дневалить, я подымал такие скандалы, что не однажды ставился вопрос о дисциплинарных взысканиях…
Лагерные занятия прошли хорошо. Между прочим, я брал из городской библиотеки книги. Однажды к моей постели подошел взводный, развернул том Шиллера и, играя ногами, зевая, грозно щурясь, ушел. Я был стрелком первого разряда. „Хороший ты стрелок, Гриневский, – говорил мне ротный, – а плохой солдат…“»
В армии Грин познакомился с эсерами, посещал занятия на конспиративных квартирах, разбрасывал во дворе казармы эсеровские листовки. В ноябре 1902 года Грин бежал из батальона и перешел на нелегальное положение.
В. П. Калицкая в воспоминаниях сообщает: «Сначала он (Грин. –
Александр Степанович вернулся в Нижний и отказался от взятой на себя обязанности. Партия решила, что для террористической работы он не годится, и отправила его в Саратов пропагандистом. Из Саратова Александра Степановича перевели в Тамбов, где он познакомился с Наумом Яковлевичем Быховским. Из Тамбова вместе с Быховским Александр Степанович переехал в Екатеринослав, а в августе 1903 года – в Киев. Был послан на один день с каким-то поручением в Одессу, а оттуда переведен в Севастополь».
Работая над «Повестью», А. С. Грин вспомнил легенды, распространявшиеся о нем в литературных кругах, и поэтому решил написать к ней предисловие под названием «Легенда о Грине». Рукопись предисловия он отправил критику Ц. Вольпе, но она так и не увидела свет. В статью Ц. Вольпе о Грине (Александр Грин. Рассказы. 1935) включен небольшой отрывок из предисловия, приведенный во вступительной статье к настоящему изданию (т. 1, стр. 3).
Аврора Майер , Алексей Иванович Дьяченко , Алена Викторовна Медведева , Анна Георгиевна Ковальди , Виктория Витальевна Лошкарёва , Екатерина Руслановна Кариди
Современные любовные романы / Проза / Самиздат, сетевая литература / Современная проза / Любовно-фантастические романы / Романы / Эро литература