«Позвольте начать издалека, но с очень важного далека. В восемьдесят четвертом году, когда Заносовский задержал Чикатило, я случайно зашел в кабинет номер один ИВС — так мы называем изолятор временного содержании, — в котором важняк областной прокуратуры, запамятовал фамилию, вел допрос. С его разрешении я тоже задал Чикатило несколько вопросов, каких — тоже не помню. Но помню точно, что его ответы показались мне путаными, неадекватными. Позже мне сказали, что по группе крови Чикатило вне подозрений. До этого я выезжал на трупы Петросян — матери и дочери, убитых в лесополосе под Шахтами в мае восемьдесят четвертого. Обратил внимание на то, что убийца хорошо ориентируется в лесополосе, и подумал — это местный, шахтинский.
Осенью девяностого года приехал на труп Громова и почему-то вспомнил старые эпизоды. Позвонил Буракову: помнишь того человека, которого взял Заносовский? Через десять минут Виктор Васильевич мне перезванивает: фамилия того человека Чикатило, он отработан.
В начале ноября в Ростов приезжает Костоев. Я ему говорю: Исса, давай еще раз отработаем этого Чикатило. Он согласился — только закончим, говорит, начатое. Была в те дни одна версия, которая казалась перспективной.
Когда мы приступили к физическому прикрытию в районе Донлесхоза, то ежедневно собирались в одиннадцать вечера и заслушивали доклады с мест. Так вот, шестого ноября начальник Красносулинского РУВД назвал несколько имен задержанных в тот день, но имени Чикатило не упомянул. Ровно через неделю, тринадцатого ноября, я выезжаю на место убийства Тищенко — хотел осмотреть ложе трупа, место, где обнаружили тело. Льет проливной дождь, и едва заставил себя выйти из машины. Мы доходим до метки-маяка: красный бант на кусте, чтобы найти нужное место. Вижу — валяется тряпочка, вроде лацкана пальто. А мне уже успели доложить, что все вещдоки собраны. Я спрашиваю: куда смотрели? И тут же приказываю прочесать местность в радиусе полукилометра.
За полчаса нашли одежду и тело Коростик. Я стал выговаривать начальнику Красносулинского райотдела, он со мной ездил: как же вы местность отрабатываете, где ваши глаза? А он что-то смущенно отвечает, знаете, как бывает, когда ругает начальство. И лезет в карман, вытаскивает бумажку: вот, мол, еще одного на днях задержали, хотели сами отработать. И протягивает мне бумажку с записью про Чикатило.
Дальнейшее было делом техники».
Амурхан Хадрисович Яндиев: