Читаем Трагедии Севастопольской крепости полностью

В тот же день, 18 октября, в районе Балаклавы истребитель МиГ-3 таранил До-215, видимо, разведчик. Оба самолета рухнули в море, но наш летчик успел выброситься с парашютом и был спасен.

Во вторую половину дня шесть ДБ-3 и двенадцать Пе-2 в сопровождении пятнадцати МиГ-3, четырех ЛаГГ-3 и девяти Як-1 опять бомбили войска противника на Перекопском перешейке. По советским данным, в районе села Кара-Казак № 3 было «уничтожено предположительно до двадцати танков и 30—40 автомашин. Наши истребители прикрытия в воздушном бою сбили два Me-109. Прямыми попаданиями бомб уничтожены две батареи, 35-тонный танк[35], два миномета и до трех взводов пехоты противника»{48}.

Фрайдорфская группа истребительной авиации сделала 124 самолето-вылета по войскам противника на Перекопском направлении и по аэродрому села Чаплинка. В воздушном бою было сбито 6 немецких самолетов, из них три Me-109. Наши потери — три ЛаГГ-3.

С 10 ч 55 мин до 12 ч 10 мин авиация противника совершила интенсивный налет на район села Ишунь и группами от 2 до 15 самолетов бомбила станцию Джанкой. Пятнадцать Хе-111 бомбили район села Джаба.

Утром 19 октября на всём фронте Ишуньских позиций завязались ожесточенные встречные бои. Советские 157-я и 156-я стрелковые дивизии перешли в наступление с целью восстановить утраченные позиции, а немцы пытались развивать успех, достигнутый ими 18 октября. К исходу дня немцы ввели в бой 46-ю пехотную дивизию, а со стороны нашей 51 -и армии была введена 48-я кавалерийская дивизия.

В результате боев 19 октября войска 51-й армии занимали положение:

106-я стрелковая дивизия закрепилась на рубеже: северо-западная и западная часть мыса с населенным пунктом Уржин Северный,

271-я стрелковая дивизия — на перешейке между заливом Сиваш и озерами Киятское, Круглое и Красное и выдвинула один батальон к селу «Участок № 9» для обеспечения правого фланга 157-й стрелковой дивизии.

157-я стрелковая дивизия к исходу дня удержалась на рубеже: южное побережье озера Красное — южная окраина села «Участок № 9» — северная окраина села Ишунь.

48-я кавалерийская дивизия заняла рубеж, проходивший от северной окраины села Ишунь по южной окраине села «Участок № 8» до Каркинитского залива.

156-я стрелковая дивизия, понеся большие потери, к исходу дня отступила разбросанными частями и собиралась в районе населенных пунктов Ишунь, Чигир и Ново-Павловк.

172-я стрелковая и 42-я кавалерийская дивизии оставались на южном берегу реки Чатырлык.

20 октября немцы ввели в бой 50-ю пехотную дивизию, доведя число дивизий на Ишуньских позициях до четырех. Наши источники трафаретно повторяют рассказ о ста германских танках. Видимо, танков у немцев не было, тем не менее, преодолевая упорное сопротивление наших 48-й кавалерийской и 157-й стрелковой дивизий, противник к 15 часам подошел ко второй оборонительной линии, а к вечеру занял село Ишунь и вклинился во вторую линию Ишуньских позиций. Передовые немецкие части форсировали устье реки Чатырлык. К концу дня 156-я стрелковая дивизия была практически уничтожена.

В первую половину дня 20 октября девять МиГ-3 и девять ЛаГГ-3 звеньями бомбили позиции противника на Перекопском перешейке. Уничтожено 2 танка, 9 автомашин, 8 повозок и до двух взводов пехоты.

Во вторую половину дня восемь Пе-2 в сопровождении двадцати истребителей 51-й армии бомбили войска противника в районе села Ишуиь. Уничтожены 4 танка, 7 автомашин, до 12 повозок и до двух взводов пехоты.

Фрайдорфская группа истребительной авиации, действуя по войскам противника на Перекопском перешейке, произвела 104 самолето-вылета, в которых было уничтожено и выведено из строя до 18 автомашин и до 750 человек пехоты. В воздушных боях сбито пять Ме-109. Наши потери составили один МиГ-3 и один И-5.

21—23 октября на перешейке продолжались упорные бои.

23 октября в 16 ч 30 мин в командование войсками Крыма вступил вице-адмирал Г.И. Левченко, назначенный на эту должность решением Ставки Верховного Главнокомандования от 23 октября 1941 г. Тем же решением Ставки заместителем командующего войсками Крыма по сухопутным частям был назначен генерал-лейтенант П.И. Батов. Заместителем командующего Черноморским флотом по вопросам обороны главной базы был назначен контр-адмирал Г.В. Жуков.

24 октября войска Крыма были разделены на две группы: первая — 9-й стрелковый корпус в составе 276, 106, 271 и 156-й стрелковых дивизий и 48-й кавалерийской дивизии; вторая — Приморская армия в составе 157, 172, 95, 25-й стрелковых и 2, 40 и 42-й кавалерийских дивизий.

В соответствии с приказом по войскам Крыма № 0019 от 23 октября и с вводом в бой 95 и стрелковой дивизии и одного полка 25-й стрелковой дивизии Приморская армия в 9 часов утра 24 октября перешла в наступление по всему фронту, нанося главный удар в районе деревни Воронцовки. В задачу 9-го стрелкового корпуса входили оборона своих рубежей и содействие контратаками продвижению Приморской армии.

Перейти на страницу:

Все книги серии Бунич. 500-летняя война

Трагедии Севастопольской крепости
Трагедии Севастопольской крепости

Есть ли у Севастопольской крепости своя тайна? Конечно, есть, и лаже не одна. Но, с другой стороны, какие могут быть тайны после «Севастопольских рассказов» Л. Толстого и десятков монографий официальных советских историков от Тарле до Ванеева?Увы, все эти солидные труды лишь затемнили картину двух оборон Севастополя. До сих пор остаются не выясненными десятки важных вопросов. Мог ли. например, русский флот в 1854 г. атаковать перегруженную десантом англо-французскую эскадру, или самозатопление наших кораблей было неизбежно? Верно ли. что адмирал Октябрьский весь 1941 г. воевал с итальянским флотом, не покидавшим пределы Средиземного моря? Генерал-полковник Манштейн утверждал, что при вторжении германских войск в Крым у него не было ни одного танка, а в июне 1942 г. в последнем штурме Севастополя участвовал… только один танковый батальон. Советские же историки, наоборот, говорят в обоих случаях о танковых армадах в 400—500 и более танков. Кто же прав? Кто планировал начать химическую войну в Крыму в 1942 г.? Как в послевоенное время в Севастополе возник подземный город со стартовыми позициями крылатых ракет, базами подводных лодок, рядом предприятий от судоремонтных заводов и электростанций до хлебопекарен и госпиталей?

Александр Борисович Широкорад

Военная история / Образование и наука

Похожие книги

Секретные операции люфтваффе
Секретные операции люфтваффе

Данная книга посвящена деятельности специальных и секретных подразделений люфтваффе, занимавшихся заброской шпионов и диверсантов в глубокий тыл противника и другими особыми миссиями. Об операциях и задачах этих подразделений знал лишь ограниченный круг лиц, строгие меры секретности соблюдались даже внутри эскадрилий. Зона их деятельности поражала воображение: вся Европа, включая нейтральные страны, Гренландия, Северная Африка, Заполярье и острова Северного Ледовитого океана, Урал, Кавказ, Средняя Азия, Иран, Ирак и Афганистан. При этом немцы не только летали в эти регионы, но и создавали там секретные базы и аэродромы. Многие миссии, проходившие в глубоком тылу противника, представляли собой весьма увлекательные и драматичные события, не уступавшие сценариям лучших американских блокбастеров.В этой работе на основе многочисленных отечественных и немецких архивных материалов, других источников собрана практически вся доступная информация о работе специальных подразделений люфтваффе, известных и малоизвестных секретных операциях, рассказано о судьбах их участников: организаторов, летчиков, агентов, диверсантов, а также о всевозможных «повстанцах» из разных стран, на которых делало свою ставку гитлеровское руководство, снабжая их оружием и боеприпасами.

Дмитрий Владимирович Зубов , Дмитрий Михайлович Дегтев

Военная история
Внутренний враг: Шпиономания и закат императорской России
Внутренний враг: Шпиономания и закат императорской России

Уильям Фуллер, признанный специалист по российской военной истории, избрал темой своей новой книги печально знаменитое дело полковника С. Н. Мясоедова и генерала В. А. Сухомлинова. Привлекая еще не использованные историками следственные материалы, автор соединяет полный живых деталей биографический рассказ с анализом полицейских, разведывательных, судебных практик и предлагает проницательную реконструкцию шпиономании военных и политических элит позднеимперской России. Центральные вопросы, вокруг которых строится книга: как и почему оказалось возможным инкриминировать офицерам, пусть морально ущербным и нечистым на руку, но не склонявшимся никогда к государственной измене и небесталанным, наитягчайшее в военное время преступление и убедить в их виновности огромное число людей? Как отозвались эти «разоблачения» на престиже самой монархии? Фуллер доказывает, что в мышлении, риторике и псевдоюридических приемах устроителей судебных процессов 1915–1917 годов в зачаточной, но уже зловещей форме проявились главные черты будущих большевистских репрессий — одержимость поиском козлов отпущения и презумпция виновности.

Уильям Фуллер

Военная история / История / Образование и наука