Читаем Тринадцать бронзовых бойцов полностью

Тринадцать бронзовых бойцов

Продолжение повести «Дружеский клад», повествующее о приключениях задорного подростка Шурки и его верных друзей в детском лагере. Во время прогулки по лесу ребята находят тайник с бронзовыми статуэтками восточных воинов. Кто же спрятал эту необычную коллекцию в лесу и какую тайну она хранит? Друзья начинают своё собственное расследование, которое приводит их к неожиданным результатам.

Алекс Мир

Прочее / Детские приключения / Прочая детская литература / Подростковая литература / Книги Для Детей18+

Алекс Мир

Тринадцать бронзовых бойцов

1

Начало августа выдалось на редкость прохладным и дождливым. Пятый день подряд небо было затянуто плотными облаками, и в лесу вокруг лагеря с утра до вечера стоял густой туман. В рассеянном солнечном свете, пробивающемся сквозь мрачные тучи, все здания выглядели плоскими и невзрачными, как будто они были вырезаны из картона. Назойливо моросил мелкий дождь. Влажный воздух благоухал ароматами сырой земли, грибов и сосновой хвои.

Обычно активная, жизнь лагеря сначала было задремала, но затем переместилась в помещения, где пробудилась и заиграла новыми красками. В большом двухэтажном здании спортивного клуба собралась, наверное, добрая половина лагеря, и повсюду стоял невообразимый шум и гам. Все спортивные залы были до отказа заполнены детьми, которые с азартом играли в командные игры. Чтобы никто не остался без мяча, поединки проводились навылет: проигравшая команда покидала поле, а следующая по очереди выходила на бой с победителем. Старшие и средние отряды играли в футбол и волейбол, а младшие – в пионербол и вышибалы. Те же, кто больше любил индивидуальные виды спорта, сражались в настольный теннис и бадминтон.

В кабинетах на втором этаже клуба располагались кружки, в которых, как и в спортивных залах внизу, было полно детей. В эти ненастные дни желающих попробовать свои силы в новом деле было не меньше тех, кто ходил на занятия постоянно, и преподаватели с удовольствием рассказывали новичкам о премудростях своего ремесла.

Всё свободное время с начала смены Шурка пропадал в радиокружке, и сегодняшний день не был исключением. В своё новое увлечение Шурка нырнул, как водится, с головой, скрупулёзно пытаясь разобраться в заумных радиоплатах, транзисторах и микросхемах.

Началось всё с выставки кружков на открытии смены. На стенде радиокружка Шурка разглядел малюсенький радиоприёмник размером с ладонь, очень похожий на его любимую японскую рацию. Корпус из крепкой чёрной пластмассы, квадратный динамик на лицевой стороне, миниатюрный регулятор громкости. Ну точно, вылитая рация, вот только антенны почему-то не хватает.

– Это же ведь радиоприёмник, да? – спросил Шурка у преподавателя радиокружка, пожилого мужчины в серебристых очках.

– Он самый. Как говорится, маленький, да удаленький. Этот малыш запросто ловит любые диапазоны волн!

– Но почему у него нет антенны? – удивился Шурка, разглядывая простоватую, но увесистую коробочку.

– Есть, просто ты её не заметил. Ну-ка, поищи повнимательней! – преподаватель улыбнулся и кивком указал на крохотный чёрный шарик, спрятанный в торце приёмника.

Шурка подцепил его ногтем, потянул на себя и неожиданно вытащил непропорционально длинную антенну.

– Молодец, почти готово. А теперь заводи мотор!

Шурка щёлкнул включателем, сделал звук погромче и осторожно повернул колесо настройки частоты. Раздалось монотонное шипение, радио захрипело, и вдруг из динамика зазвучал громкий голос диктора: «…наступившая в августе дождливая погода, совершенно нехарактерная для Подмосковья, уже через два дня уступит место привычному в это время года жаркому солнцу и ясному небу. К радости жителей Звенигородского района, осадков на следующей неделе не ожидается».

Шурка восхищенно улыбнулся, прислонил приёмник к уху и принялся крутить колесо настройки частоты дальше. По его лицу пронёсся целый вихрь эмоций: радость, удивление, тревога. Он закусил суховатые губы, часто заморгал короткими ресницами и вдруг снова улыбнулся во весь рот, округлив от восторга большие светло-карие глаза. Одна радиостанция сменялась другой, голоса ведущих чередовались то с музыкой, то с короткими рекламными вставками. Внезапно наступила продолжительная тишина. Шурка уже было подумал, что это конец диапазона, как вдруг в эфире возник странный, ни на что не похожий шум. Через мгновение его прерывал по-военному чёткий мужской голос: «Один, двенадцать, восемь, фагот, альфа, четыре, спектр, шестьсот…»

– Что это? – изумлённо уставился на приёмник Шурка.

– Мы называем её «Жужжалка». Это загадочная радиостанция, о которой ничего неизвестно, – пожал плечами преподаватель. – Сотни радиолюбителей по всему миру пытались расшифровать эти таинственные сообщения и даже определить местонахождение самой станции, но всё безрезультатно.

– То есть какая-то секретная радиостанция выходит в эфир с зашифрованными посланиями, и никто не знает, что это такое?! – ещё сильнее удивился Шурка.

– Ни одна живая душа! Есть, конечно, предположения, что это как-то связано с военными или спецслужбами. Хотя ты знаешь, люди много чего говорят. Я даже слышал, что это попытка секретных специалистов установить контакт с инопланетянами!

– Ух ты, это же так круто! – загорелся Шурка. – А я смогу собрать такой радиоприёмник в вашем кружке?

– Конечно, сможешь! Поверь, это совсем несложно, тем более для такого большого парня, как ты, – улыбнулся преподаватель. – Тебе же лет десять, не так ли?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Георгий Фёдорович Коваленко , Коллектив авторов , Мария Терентьевна Майстровская , Протоиерей Николай Чернокрак , Сергей Николаевич Федунов , Татьяна Леонидовна Астраханцева , Юрий Ростиславович Савельев

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное