Надо же так брякнуться с открытым ртом, всю пыль с дороги собрал. Наверно хозяин тела в момент состыковки сознаний смачно зевал, а сила с которой Маргелова внедрило в сержанта повергла того в состояние грогги - почти никаких мыслей. Но некоторую информацию Вася получил. Звали его, то есть того, в кого попал Маргелов - Ярослав Васильевич с душисто-слезоточивой фамилией - Резеда. Родом с Мурманска. Служит с сорокового года. На хорошем счету. Отличник боевой и политической. Вот только со взводным отношения прохладные. Да и плевать на отношения. Разбираться в причинах неприязни Вася не собирался. Да и плевать уже было нечем.
- Держи. - И ему сунули флягу.
Маргелов сполоснул рот теплой водой. Стало легче.
- Спасибо, - поблагодарил он бойца.
- Ничто, тащ сержант. Мы с понятием.
Понятливый боец с фамилией Репин, взял флягу, поправил винтовку на плече и зашагал по дороге. Маргелов тоже поправил мосинку и двинул следом, на ходу осматриваясь. Начал с себя. Рост, судя по другим действительно высок. Тело худое, но мускулистое. Ладони широкие и в мозолях. В общем - не хлюпик, что радует. Лицо... наощупь не осмотришь, но это дело поправимое, потом в зеркало лишь глянуть - какова его физиономия. И главное, теперь Вася на первых ролях, то есть сам управляет телом, а не так как в случае с танкистом.
И тут из глубин сознания начало подниматься удивление, похоже хозяин в себя пришел. Чтоб не отвлекаться и обеспечить дополнительный ступор сержанту Резеде, Вася сразу вывалил информацию про будущее, а сам принялся изучать окружающую обстановку.
Прямая дорога. Грунтовая, широкая. Три десятка бойцов шагают вслед за двумя телегами с гражданскими, и далее идет народ, очевидно беженцы. И позади тоже. Правда пыль стоит столбом, не разглядеть - есть ли еще войска. Единственное что он понял - судя по солнцу все направляются почему-то на восток. Может дорога так повернула? Беженцы-то понятно от немцев уходят, но они почему идут от фронта? Или его подразделение направляется на новый рубеж? Или отступают? А число, кстати, сегодня какое? Хм, опять 27 июня 1941 года.
- Во-о-озду-ух! - истерично заорал лейтенант.
Из-за деревьев выскочила хищная тень. Мессер резко довернул и прошелся вдоль дороги, щедро поливая из пулеметов. Люди завопили и начали разбегаться.
Вася прыгнул к обочине и вовремя - грунтовку вместе с находящимися на ней людьми вспороло очередью. Маргелов упал и сразу увидел часть ствола пулемета. Дегтярев лежал рядом с убитым бойцом сошками вверх.
Вася вернулся назад, подхватил ручник. и невольно выматерился - "Дегтярь" не РПК, прицельно стрелять не получится, хват неудобен, чтобы бить по воздушным целям.
Самолет успел сделал горку, развернуться и вновь зайти в атаку вдоль грунтовки. От фюзеляжа отделилась капля. Бомба рванула между двумя телегами. По ушам резануло криками раненых. А мессер начал расстреливать разбегающихся людей.
- Вот сука! - выругались сзади. - По гражданским бьёт!
Скрипнув зубами, Вася направил ручник на самолет и вдавил спуск. И... ничего!
"Не заряжен? - растерянно подумал Маргелов"
"Надо сильнее ложе сжать! - подсказал Резеда'. *
Вася сжал правую кисть и сразу лязг с грохотом очереди заглушил все звуки. Пулемет затрясся, сбивая прицел.
Фонтаны разрывов приближались, они прошлись по телеге, разрезали несколько тел убитых...
- А-а-а! - заорал Маргелов, стараясь попасть в хищный силуэт.
Пулеметы на мессере вдруг замолчали и 'Дегтярев' щелкнул в холостую. Истребитель пронесся. Осталось только выматериться вслед мессеру, что Вася и сделал. И тут мессер завалился на крыло, затем самолет повело вправо и вниз, он задел крылом макушки сосен, рухнул в лес и взорвался.
- Сбил! - заорали за спиной. - Товарищ сержант мессера сбил!
А Маргелов остолбенел. От удивления. Как так? Он был абсолютно уверен, что как не старался, но его очередь прошла мимо. И дыма за самолетом не было. В пилота попал? Нет, он и фюзеляж вряд ли задел. Что-что, а с 'Дегтяря' по воздушным целям стрелять толку нет. И все-таки...
Вася посмотрел на пулемет, повертел в руках. Да, это не РПК. С Дегтяря только с упора стрелять, иначе, не то что в цель, даже в область прицеливания не попадешь. И этот чертов автоматический предохранитель!
'Ты... это... извини, что я так тебя, - повинился Резеда, - я бы сам, но рукой никак не смог двинуть...'.
'Ничего, - мысленно усмехнулся Вася, - командиры на меня и круче словесно загибали'.
Маргелов осмотрелся. Немец успел натворить дел. Кстати, а почему он был один? Они вроде парами летали. Где второй? Сбит, или был подбит и ушел, а этот увидав колонну беженцев решил порезвиться?
Порезвился, называется, сволочь! Ведь прекрасно видел, что по гражданским бьет.
А погибших было много. Тут глаза зацепились на тело в форме.
- Товарищ, сержант, лейтенанта убило! - выдохнул подбежавший боец Репин. Но Маргелов и так уже понял - кто это лежит. Летеху было жалко - мальчишка совсем.