Читаем Трудный путь к Победе полностью

Это была наиболее тщательно подготовленная из всех предыдущих советских операций, за исключением, возможно, Курской битвы. Всё было разработано загодя до мельчайших деталей, не оставлено никакого места для импровизации, как это бывало в прошлом, в основном из-за низкого качества управления, недостатка подвижных войск и моторизованного транспорта. В процессе подготовки и проведения Белорусской операции Ставка и Генштаб всеми способами старались до конца искоренить элементы неорганизованности. Теперь, летом 1944 г., это было гораздо легче, чем в прошлом. Повсеместно наблюдался процесс разительно быстрого профессионального роста офицеров и генералов, развивались их организаторские навыки, углублялось военное мышление.

Белорусская операция имела ряд особенностей в управлении войсками. Советское высшее командование сознательно не пошло на то, чтобы сразу же ставить войскам фронтов задачи на всю глубину стратегической операции. Постановка задач фронтам на всю глубину несомненно облегчила бы командованию и штабам фронтов заблаговременную разработку фронтовых мероприятий по обеспечению операции, но одновременно жёстко связала бы силы и средства фронтов на избранных направлениях, в то время как обстановка требовала как раз обратного – сохранения всех возможностей для быстрого и гибкого маневра. Замыслом операции предусматривался разгром неприятеля в тактической зоне обороны и окружение крупных вражеских сил лишь после того, как они будут сброшены с позиций. Где именно это произойдёт, даже предполагать было нельзя. Немцы вполне могли применить маневр с отводом главных сил на новые позиции в глубине обороны, и такой вариант действительно обсуждался в гитлеровской Ставке. В таком случае наш удар пришёлся бы по пустому месту и наступательную операцию пришлось бы планировать по сути заново. Нельзя было не считаться и с тем, что наступательные операции Западного и Калининского (1-го Прибалтийского) фронтов в Беларуси не раз захлёбывались где-то у границы тыловой полосы тактической зоны обороны. Нужно было сделать всё возможное для того, чтобы внимание и силы войск были сосредоточены в первую очередь на прорыве тактических рубежей. С этой точки зрения ограничение задач первому эшелону фронтов небольшой (60–70 км) глубиной также следует признать целесообразным. Наконец небольшая глубина фронтовых задач не только накладывала на командующих фронтами высокую ответственность в отношении предвидения дальнейшего хода событий, но и давала каждому из них возможность действовать инициативно, сообразуясь с обстоятельствами. К тому же представителям Ставки при северной и южной группах фронтов было с исчерпывающей полнотой известно всё, что касалось планирования наступления в стратегических масштабах, и в неотложных случаях они всегда могли дополнить задачи фронтов своими указаниями.

Высокие темпы наступления, разнообразный и постоянно меняющийся характер боевых действий предъявили к руководству войсками особенно высокие требования. Чтобы обеспечить непрерывность управления войсками, штабы фронтов перемещались в ходе операции на новое место до 6 раз, штабы армий – до 20 раз. Управление войсками во всех фронтах осуществлялось путём отдачи частных боевых приказов и распоряжений, которые передавались в армии по «ВЧ», радио, а наиболее важные дублировались через офицеров связи. Большое значение имело личное общение представителей Ставки ВГК и командующих фронтами с командующими армиями, а последних – с командирами корпусов, дивизий и бригад. В нижестоящие штабы регулярно выезжали представители командования и штабов с целью контроля и помощи.

Белорусская операция характеризуется умелым выбором направлений главных ударов фронтов и решительным массированием на них имевшихся сил и средств. Нанесение мощных одновременных ударов на шести далеко отстоящих друг от друга участках позволяло дробить оборону врага, причём на многосоткилометровом фронте. В таких условиях германское командование при всём своём желании не могло парировать наши удары. Впервые за годы войны большая часть подвижных групп и армий фронтов была введена в сражение после прорыва тактической зоны обороны противника. Был осуществлён новый метод артиллерийской поддержки пехоты и танков – двойной огневой вал.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Изображение военных действий 1812 года
Изображение военных действий 1812 года

Кутузов – да, Багратион – да, Платов – да, Давыдов – да, все герои, все спасли Россию в 1812 году от маленького француза, великого императора Наполеона Бонапарта.А Барклай де Толли? Тоже вроде бы да… но как-то неуверенно, на втором плане. Удивительная – и, к сожалению, далеко не единичная для нашей истории – ситуация: человек, гениальное стратегическое предвидение которого позволило сохранить армию и дать победное решающее сражение врагу, среди соотечественников считался чуть ли не предателем.О том, что Кутузов – победитель Наполеона, каждый знает со школьной скамьи, и умалять его заслуги неблагодарно. Но что бы сделал Михаил Илларионович, если бы при Бородине у него не было армии? А ведь армию сохранил Барклай. И именно Барклай де Толли впервые в войнах такого масштаба применил тактику «выжженной земли», когда противник отрезается от тыла и снабжения. Потому-то французы пришли к Бородино не на пике боевого духа, а измотанные «ничейными» сражениями и партизанской войной.Выдающемуся полководцу Михаилу Богдановичу Барклаю де Толли (1761—1818) довелось командовать русской армией в начальный, самый тяжелый период Отечественной войны 1812 года. Его книга «Изображение военных действий 1812 года» – это повествование от первого лица, собрание документов, в которых содержатся ответы на вопросы: почему было предпринято стратегическое отступление, кто принимал важнейшие решения и как удалось переломить ход событий и одолеть считавшуюся непобедимой армию Наполеона. Современный читатель сможет окунуться в атмосферу тех лет и почувствовать, чем стало для страны то отступление и какой ценой была оплачена та победа, 200-летие которой Россия отмечала в 2012 году.Барклаю де Толли не повезло стать «пророком» в своем Отечестве. И происхождение у него было «неправильное»: ну какой патриот России из человека, с рождения звавшегося Михаэлем Андреасом Барклаем де Толли? И по служебной лестнице он взлетел стремительно, обойдя многих «достойных». Да и военные подвиги его были в основном… арьергардные. Так что в 1812 г. его осуждали. Кто молча, а кто и открыто. И Барклай, чувствуя за собой вину, которой не было, пытался ее искупить, намеренно подставляясь под пули в Бородинском сражении. Но смерть обошла его стороной, а в Заграничном походе, за взятие Парижа, Михаил Богданович получил фельдмаршальский жезл.Одним из первых об истинной роли Барклая де Толли в Отечественной войне 1812 года заговорил А. С. Пушкин. Его стихотворение «Полководец» посвящено нашему герою, а в «ненаписанной» 10‑й главе «Евгения Онегина» есть такие строки:Гроза Двенадцатого годаНастала – кто тут нам помог?Остервенение народа, Барклай, зима иль русский бог?Так пусть же время – самый справедливый судья – все расставит по своим местам и полной мерой воздаст великому русскому полководцу, незаслуженно обойденному благодарностью современников.Электронная публикация книги М. Б. Барклая де Толли включает полный текст бумажной книги и избранный иллюстративный материал. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу с исключительной подборкой иллюстраций, расширенными комментариями к тексту и иллюстративному материалу. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Михаил Богданович Барклай-де-Толли

Военное дело
Разведчик в Вечном городе. Операции КГБ в Италии
Разведчик в Вечном городе. Операции КГБ в Италии

Как подружиться с «крестным отцом» сицилийской мафии Николо Джентили и узнать от него о готовящемся государственном перевороте в Италии. Как в ходе многочисленных интервью с премьер-министром Италии Альдо Моро получать эксклюзивную информацию о текущей деятельности и планах правительства. Как встретиться с Отто Скорцени. И как избежать соучастия в покушении на испанского диктатора Франко.Об этих и других операциях КГБ честно и подробно рассказал подполковник советской внешней разведки Леонид Колосов, который более 15 лет проработал в Италии собственным корреспондентом газеты «Известия». Среди коллег журналистов его называли одним из «золотых перьев». А среди разведчиков он считался асом шпионажа.

Леонид Сергеевич Колосов

Биографии и Мемуары / Военное дело