XVIII. ПАПИЙ
, ученик Иоанна, был епископом азийского города Иераполя[125]. Он написал только пять книг, которые озаглавил так: «Истолкование изречений Господних». В предисловии к этим книгам Папий указывает, что он следовал не различным мнениям, а только сообщениям апостолов: «Я обращал внимание, что сказано было Андреем, что Петром, что Филиппом[126], что Фомою[127], что Иаковом, что Иоанном, что Матфеем[128] или каким-либо другим из учеников Господних, что также говорили Аристион[129] и старший Иоанн[130], ученики Господни. Ибо для меня не столько полезны книги для чтения, сколько живой голос, даже до настоящего времени громко раздающийся от их авторов». Из этого самого перечня имен видно, что один был Иоанн, который считается между апостолами, а другой старший Иоанн, о котором он упоминает после Аристиона. Это мы сказали по поводу вышеприведенного мнения, переданного, как мы заметили, очень многими, что из трех посланий Иоанновых два последних[131] принадлежат Иоанну не апостолу, а пресвитеру. Говорят, что он обнародовал иудейское [предание] «Для последующих» о тысячелетии, которому последовали Ириней и Аполлинарий, и другие, которые говорят, что по воскресении Господь во плоти будет царствовать со святыми. Тертуллиан в книге «О надежде верных», Викторин Питавионский и Лактанций также следуют этому мнению.XIX. КВАДРАТ
[132], ученик апостолов, после мученической кончины за веру Христову Публия, епископа Афинского, был поставлен на его место и своей верой и деятельностью собрал рассеявшуюся в великом страхе церковь. Когда Адриан проводил зиму в Афинах[133], он посещал Элевсинские таинства[134] и, будучи посвящен во все почти языческие таинства Греции[135], подал этим повод ненавистникам христиан и без повеления императора преследовать верующих. Квадрат подал ему составленную в защиту нашей религии книгу[136], очень полезную, исполненную разума и веры и достойную апостольского учения, в которой, демонстрируя свою глубокую старость, между прочим говорит, что он видел очень многих из тех, которые во время земной жизни Господа, будучи подвержены в Иудее различным болезням, получили исцеление и которые воскресли из мертвых.XX. АРИСТИД,
весьма красноречивый Афинский философ и под прежней одеждой ученик Христов, подал императору Адриану[137], в одно время с Квадратом, книгу, содержащую в себе доказательства нашего учения, то есть апологию христианства, которая существует и до настоящего времени и, по мнению ученых, свидетельствует о его великом уме[138].XXI. АГРИППА,
по прозванию Кастор, муж весьма ученый, выставил весьма значительные возражения против двадцати четырех книг еретика Василида[139], написанных им на Евангелие, открывая все его тайны и перечисляя его пророков, Варкавана и Варкова и, к ужасу слушающих, некоторые другие варварские имена, и высочайшего его бога Авраксаса, имя которого, если по греческому исчислению сосчитать буквы его, означает, кажется, год[140]. Василид же, от которого произошли гностики[141], жил в Александрии во времена Адриана. В это же время и Кохеба, предводитель Иудейского возмущения[142], различными истязаниями убивал христиан.XXII. ГЕГЕСИПП,
близкий ко временам апостольским[143], составил из всех историй о церковных событиях, совершившихся со времени страдания Господня до его времени, одно целое. Он собрал отовсюду то многое, что служит к пользе читающих, и написал пять книг простым языком, чтобы отразить этим также и характер речи тех, жизнь которых он описывал. Гегесипп прибыл в Рим при Аникете, который был десятым после Петра епископом, и пробыл там до времен епископа того же города Элевтерия[144], который был некогда диаконом Аникеты. Рассуждая против идолопоклонства о том, из какого заблуждения оно первоначально возникло, он добавил рассказ, в котором показывает, в какое время он жил. Ибо он говорит: «Они строили умершим гробницы и храмы, как мы видим это и теперь. Среди подобных есть и раб Адриана цезаря Антиной[145], в честь которого проводятся гимнастические состязания близ города Антиноя, который Адриан построил, назвал его именем и поставил в храм прорицателей». Этот Антиной, как пишут, был любимцем цезаря Адриана.