Читаем Цикады полностью

— Нам не нужны неприятности. Под «нами» я имею в виду и тебя, и меня. Давай дружить, ок?

— Ок.

Биолог кивнул.

— Мне сказали, — он снова поморщился, так что Антон понял, кто ему сказал, — твой отец готов помогать школе. Это прекрасно. Не подведи его. И больше не опаздывай на уроки, у нас это не принято. Договорились?

Он протянул руку, и Антон ее пожал, всмотревшись в классного. На желтом пиджаке отчетливо выделялся длинный темный волос.

— У вас пристало, — он кивнул на плечо, проверяя реакцию.

Биолог дернулся и скинул волос так, будто он отравлен, бормоча что-то про длинношерстную кошку.

На столе Антон заметил синий чехол от наушников. Он знал, где видел его раньше.

В руках у Елены.





[1] «Любовные истории» — «Школа». Слова Сергея Парамонова, музыка Виктора Чупретова.


[1] «Любовные истории» — «Школа». Слова Сергея Парамонова, музыка Виктора Чупретова.

Только заинька был паинька

Крошкой она любила ловить мух и обрывать у них крылышки; ей нравилось, что мухи из летающих насекомых превращались в ползающих.

Г. Х. Андерсен «Девочка, наступившая на хлеб»

13 лет до

Теплый южный вечер. В воздухе разливается запах нагретого можжевельника, слышится шум моря неподалеку и стрекот цикад совсем близко. Мальчик не может уснуть. Окна открыты, работает вентилятор, но он не спасает от жары, да и не в ней дело. Все здесь не как дома — слишком темно, слишком громко, слишком ароматно. Это место меняло и самого мальчика: кожа все коричневела, высыхала, слезала — он превращался в одну из местных змей, что скидывают шкурку.

Слишком долго строил песочный замок на берегу, и теперь его плечи горят и чешуятся. Он трет их о простыню и похныкивает от боли. Под одеялом жарко, он спускает его, а затем скидывает полностью, оставшись лежать в трусах на простыне.

Вдруг он чувствует шевеление в волосах. Машет рукой, и тотчас в ухо влетает оглушительный шум. Мальчик открывает рот, но крик не вырывается, этот шум заглушает его крик, он как будто в его голове, он как будто…

Включается свет. В комнату врывается девушка лет двадцати пяти в тонком льняном платье.

— Что случилось? — взволнована, но только слегка.

— Опять что-то приснилось? — из-за ее плеча появляется парень, ровесник по виду.

Мальчик хнычет и тычет в ухо. Парень садится на край кровати, поворачивает голову сына и вздыхает:

— Говорил же, отрезать ему эти колтуны надо, и все. Запутался кто-то.

— Кто там, кто там, кто? — хнычет мальчик.

— Сейчас посмотрим. Не шевелись.

Отец больно дергает волосы, а шум становится все громче.

— Так, давай ножницы.

Он отрезает локон и выпутывает чудище. Мама все еще стоит в дверном проеме.

— Да ладно вам, цикады испугались. Была б еще саранча… Хочешь, посмотри. Она не кусается. Только жужжит все время — прям как мама, да, — он улыбается девушке, та цокает.

— Ему спать надо.

Мальчик поспешно сует руки под подушку:

— У меня руки грязные.

— Не трусь, ты же мужчина.

Он качает головой. Тогда отец второй рукой хватает стакан, кладет цикаду на стол и быстрым движением накрывает:

— Вот теперь точно не обидит.

Мать вздыхает:

— Что вы издеваетесь?

Отец кивает сыну:

— Отпустить?

Тот качает головой. Родители выходят из комнаты.

Мальчик смотрит на цикаду и водит пальчиком по стакану.

Жужжание утихает.

38 дней до

Его разбудили родители. Марк проверил телефон и вздохнул: пять утра, вставать в семь. Хохот в коридоре заглох, затем перешел в знакомое чавканье.

(Люди не занимаются трофоллаксисом, они просто перебрасываются слюной: один поцелуй вмещает до пяти миллилитров, почти чайную ложку, а что поместится уже в нее? Streptococcus mutans, Helicobacter pylori, не говоря уж о мононуклеозе, герпесе или обычном гриппе.)

Вздохи, неразличимый шепот и снова чавканье, которое переходит в тихие стоны. Наконец они перебрались в комнату. Когда делали ремонт, он просил себе дверь с максимальным шумоподавлением, но нет — мать выбрала все одинаковые, со средним уровнем, за пару лет истрепавшимся, так что теперь до Марка доносился каждый вздох.

А вздохи становились все громче. Он потянулся за наушниками и щелкнул по подпискам.

Новое видео — как раз на пять минут.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Текст
Текст

«Текст» – первый реалистический роман Дмитрия Глуховского, автора «Метро», «Будущего» и «Сумерек». Эта книга на стыке триллера, романа-нуар и драмы, история о столкновении поколений, о невозможной любви и бесполезном возмездии. Действие разворачивается в сегодняшней Москве и ее пригородах.Телефон стал для души резервным хранилищем. В нем самые яркие наши воспоминания: мы храним свой смех в фотографиях и минуты счастья – в видео. В почте – наставления от матери и деловая подноготная. В истории браузеров – всё, что нам интересно на самом деле. В чатах – признания в любви и прощания, снимки соблазнов и свидетельства грехов, слезы и обиды. Такое время.Картинки, видео, текст. Телефон – это и есть я. Тот, кто получит мой телефон, для остальных станет мной. Когда заметят, будет уже слишком поздно. Для всех.

Дмитрий Алексеевич Глуховский , Дмитрий Глуховский , Святослав Владимирович Логинов

Детективы / Современная русская и зарубежная проза / Социально-психологическая фантастика / Триллеры
Кредит доверчивости
Кредит доверчивости

Тема, затронутая в новом романе самой знаковой писательницы современности Татьяны Устиновой и самого известного адвоката Павла Астахова, знакома многим не понаслышке. Наверное, потому, что история, рассказанная в нем, очень серьезная и болезненная для большинства из нас, так или иначе бравших кредиты! Кто-то выбрался из «кредитной ловушки» без потерь, кто-то, напротив, потерял многое — время, деньги, здоровье!.. Судье Лене Кузнецовой предстоит решить судьбу Виктора Малышева и его детей, которые вот-вот могут потерять квартиру, купленную когда-то по ипотеке. Одновременно ее сестра попадает в лапы кредитных мошенников. Лена — судья и должна быть беспристрастна, но ей так хочется помочь Малышеву, со всего маху угодившему разом во все жизненные трагедии и неприятности! Она найдет решение труднейшей головоломки, когда уже почти не останется надежды на примирение и благополучный исход дела…

Павел Алексеевич Астахов , Павел Астахов , Татьяна Витальевна Устинова , Татьяна Устинова

Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Проза