- Ну, давай, пошли вот туда, - она подошла к одной из скамеек, села, закинула ногу на ногу. В разрезе юбки показалась мускулистая ляжка. Вот же зараза - уверен, она это специально.
- Знаете, я думаю, что вы в своем материале упомянете всех нас. И наверняка не удержитесь, чтобы не раздать различных характеристик и личных оценок, - я, не скрываясь, осмотрел ее ноги, а лишь потом заглянул в глаза. - Ведь так?
- Не исключено, - она смотрела на меня с ироничным интересом.
- Я бы хотел попросить, не изображать нас идиотами и сопливыми дегенератами.
- Что взамен?
- Сотрудничество, - я увидел удивление в её глазах. - Что-то мне подсказывает, что в будущем у меня будут и другие интересные материалы.
- Звучит всего лишь как предположение. Причем весьма туманное.
- Может так, а может, и нет. Зачем рубить сук, на котором сидишь?
- Ладно, я подумаю, - Скитер встала, хищно улыбнулась и отправилась по своим делам.
Я задумчиво посмотрел ей вслед. Надеюсь, мне удалось её заинтриговать. И она не будет слишком уж откровенно смешивать нас с грязью. У нее есть коммерческая жилка и пока ей это выгодно (или не выгодно), она не предпримет серьезных действий. И я вроде как сумел донести до нее эту мысль. А факт того, что я про нее кое-что знаю, пока лучше не раскрывать. Не время показывать такие серьезные козыри. Да и ситуация того явно не стоит.
Потом я поймал Криви и отдал ему половину честно заработанных денег. Парень выглядел восторженным.
- А что с Придирой, Гарри?
- Там все тоже на мази. Но Лавгуд заплатит за фото после продажи последнего номера и после того, как посчитает окончательную прибыль. Но не боись, нас не кинут. Все будет хорошо.
- Здорово, - он потер нос. - Рад, что мы с тобой работаем вместе.
- Ага, пока получается неплохо. - Я хлопнул его по плечу и мы рассмеялись.
Да уж, затея с фотографиями, явно оказалась стоящим делом. И прибыльным.
А потом я пошел читать Придиру и собственную статью. Фото получились просто шикарными. Да и материал не подкачал.
Пришло письмо от Лавгуда. Он радовался обоюдовыгодному сотрудничеству и сообщал, что выпуск разошелся просто влет. Тираж получился огромным, ему еще и допечатывать пришлось. Прибыль вышла весьма солидной.
Я поспешил написать ему ответное письмо, в котором упомянул про сделку с Скитер по фотографиям. Не хватало еще ему или мне попасть в неприятную ситуацию.
К вечеру вышел номер Пророка. Там также имелся материал, освещающий последние события. И хотя Скитер, безусловно, писала куда талантливей, умело нагоняя нужный градус и интригу, сама ее статья получилась не такой детальной, как мой материал. В статье мы все также упоминались. Скитер нарисовала нас способными, но своевольными, капризными и себе на уме детишками. Меня такая оценка вполне удовлетворяла. Больше всего мне бы не хотелось, чтобы Скитер постаралась представить меня в виде сопливого, нуждающегося в заботе и покровительстве, паренька.
Надеюсь, она не сильно на меня обиделась за то, что те же фото уже ушли в Придиру.
Я даже получил от нее письмо. Коротенькое, всего в одно предложение.
Хм, буду считать это комплиментом.
Следующая неделя не принесла ничего нового. Я налегал на учебу и ждал новостей по Сириусу.
Но растолкать бюрократическую машину Великобритании оказалось не так уж и легко. Как писал Дюпре, Сириус находился в Аврорате и все еще сидел в камере. Вопрос о повторном водворении в Азкабан уже не стоял. Блэку предоставили сравнительно неплохие условия. И сейчас суд собирал официальные доказательства и вообще, готовился.
Эдуард Дюпре вскользь упоминал неожиданно возникшие проблемы. Они не были неразрешимыми и по большей части находились в бюрократической и процессуальной сферах. Но он твердо обещал, что дней через десять, максимум двенадцать добьется официальной даты назначенного суда.
Что ж, будем ждать. А пока я написал письмо Блэку, где выражал моральную поддержку и спрашивал, чем я могу помочь? И еще твердо просил не тратить денег впустую. И если он захочет сделать подарок мне или моим друзьям, то пусть в начале спросит, что нам конкретно нужно. А то, как по канону, вдруг решит осчастливить меня последней моделью метлы - Молнией, которая появилась в магазинах буквально на днях. И что я с ней делать буду? Она мне вообще не нужна! Я и Нимбус-то толком не использую. А ведь он, судя по поведению Роберта Уильямсона, остался в моей собственности как некая компенсация за Непреложный Обет.
- Рон, есть разговор, - я поймал Рыжего после завтрака.
- Чего тебе? - Ответил он хмуро и посмотрел сквозь зачесанную на лицо челку. Рыжий начинал напоминать мне хиппи из семидесятых, что я раньше видел на старых пластинках и плакатах. Они отращивали волосы такой же длины, и практически не обращали внимания на свою одежду и внешний вид. Этакие социальные бунтари-пофигисты. Пятьдесят на пятьдесят.