— Ее звали Джули Шо. Она была не только симпатичной, но и остроумной. Уж точно самой умной в том конкурсе, когда девушки рассказывали о себе. В общем, она по всем параметрам приближалась к женскому совершенству. Он икнул. — Извини, — сказал он, доставая из кармана пакетик с таблетками от несварения желудка. — Кажется, мой желудок пытается мне что-то сказать.
— Хочешь пойдем назад? — спросила я, зная, что последует дальше.
— Не возражаешь? Ты меня прости. Наверное, я для тебя обуза.
— Все в порядке, — успокоила я его. — Продолжай свою историю.
— Ну, в конце концов она победила. Я не мог в это поверить. Каким-то непонятным образом это создание покорило весь зал. Аплодисменты не смолкали целую вечность. Мы все видели, как Кристиан фотографировал на сцене Джули, а она стояла с короной на голове и цветами в руках.
Я не прочь была сократить нашу прогулку, но не с той скоростью, с которой Генри устремился назад с пляжа. Меня это начало раздражать, потому что пришел конец моему расслабленному состоянию, в которое я уже погрузилась.
— Тем вечером мы все мечтали о Джули. Она была настоящей Мисс Вестон. Ну, ты знаешь, что я имею в виду. Тогда впервые я понял, что значит представлять какой-нибудь город. Джули относилась к тому типу женщин, которые выглядят одинаково привлекательно и в прачечной самообслуживания, и на экране телевизора. Мы все купили тогда по журналу «Пикча Поуст» и приклеили ее портрет над кроватями.
Если бы она была настоящим нашим ангелом, то ей полагалось бы исчезнуть после того великолепного вечера. Какое-то время казалось, что мы больше никогда ее не увидим. Ведь карьера королевы красоты длится только до того момента, когда она передает корону следующей победительнице. Но Кристиан всерьез занялся Мисс Вестон и убедил редакцию «Поуст» напечатать серию ее фотографий, на которых она позирует на песке.
Кристиан сообщил нам о съемках, и мы отправились на пляж, устроились там в шезлонгах и приготовились наблюдать. Я читал в одном интервью с кинозвездой, что все известные женщины, как правило, одиноки, потому что мужчины боятся приблизиться к ним. Я был уверен, что с Джули та же история, поэтому решил подойти к ней, как будто она просто девушка на пляже.
Но в конце съемок Джули взяла и поцеловала Кристиана. А мы все знали, что Кристиан никогда не проявлял никакого интереса к женщинам. Мы даже думали, что он скрытый гей и его взяли на работу в журнал потому, что он не будет приставать к моделям. К тому же он был хоть и симпатичным, но какого-то странного вида, почти двухметрового роста и с волосами как у альбиноса. Поэтому все это выглядело как простая благодарность модели фотографу. Но после поцелуя они обнялись и ушли, держась за руки.
Генри замолчал и не говорил, пока мы не дошли до ресторана «Вейфар». Я попросила Генри сесть за столик у окна, уж очень мне хотелось еще посидеть в солнечном тепле.
— Говядину? — спросил он.
— Конечно.
Я узнала официантку. Она обслуживала нас в прошлый раз, когда мы были здесь с Анн Мари. Я попыталась улыбнуться ей как знакомой, но она, проигнорировав меня, посмотрела на Генри. Приняв заказ, она ушла на кухню, а я стала слушать продолжение рассказа.
К концу месяца все уже знали о Кристиане и Джули. Его мама была в восторге и уверяла всех, что ее будущая невестка очень практична.
— Тебе может показаться это затасканным — фотограф и его модель влюбляются друг в друга. Но в те времена все было по-другому. Кристиан был слишком щепетильным, чтобы использовать ситуацию. Как только они сошлись, он бросил работу в журнале и нашел для Джули агента. Затем они подписали контракт, по которому Кристиан становился личным фотографом Джули, а агент получил право продавать ее фотографии по всему миру.
На протяжении трех лет успех следовал за успехом. Затем агент организовал через своего друга поездку для Джули в Лондон, на пробу для съемок. При этом он также взял с нее слово, что она ничего не скажет о предстоящей поездке Кристиану. Но поскольку Джули слишком любила своего мужа и знала, что он желает для нее только добра, она не сдержала слова.
Кристиан, конечно, пришел в бешенство. Он решил, что агент хочет свести Джули с продюсером, который надеется с ней переспать, и запретил ей ехать. Я помню, как годы спустя Джули в слезах говорила мне, насколько она благодарна своему мужу за то, что он спас ее от унижения.
Супруги вместе разработали идеальный план мести агенту, который хотел разрушить их счастливый брак. Теперь на каждом фото появлялась какая-нибудь гротескная деталь, из-за которой его невозможно было продать. Например, Джули смазывала грим или слишком широко открывала глаза или рот. А Кристиан помещал ее тело на совершенно неподходящем фоне — в кадр попадали то труба канализации, голый ребенок на пляже…