Читаем Туркменская трагедия полностью

Спустя два года, в Ашхабаде собралась очередная IV конференция туркмен мира, на которой выступил президент Ниязов, снова повторивший свое приглашение. “Если пожелаете, приезжайте, двери для вас открыты всегда”, но прозвучало оно более сдержано, с оговорками.

Не видели Хакназара и на минувшей V-ой конференции, прошедшей в декабре 1999 года. Оказывается, мой афганский приятель, собиравшийся на конференцию, был арестован и убит сторонниками движения “Талибан”, состоявших из радикальных студентов, богословов, воспитанных на территории Пакистана муллами и военными инструкторами. Талибы в сентябре 1996 года, захватив Кабул, овладели также Газни, Кандагаром, Гератом и стали преследовать туркмен, узбеков, шиитов-хезарийцев, исмаилитов-бадахшанцев, словом, все национальные меньшинства, сотрудничавшие с узбекским вождем Рашидом Дустумом, президентом Бурхануддином Раббани и лидером таджиков Ахмадом Шахом Масудом.

Дела красноречивее слов: вышедшие на границу с Туркменистаном войска “Талибан”, без всяких осложнений и трудностей установили доверительные отношения с туркменским “вождем”. Ашхабад в пику России, обладающей в Средней Азии монополией на транспортировку нефти и газа, по всем существующим трубопроводным веткам, ставит на талибов, отношения с которыми туркменские власти пытаются держать в секрете. Тем более появился проект трубопровода через Афганистан на Пакистан. А поэтому Туркмен “баши” заинтересован, чтобы в Афганистане воцарились мир, стабильность, которые, по его мнению, могут установить только талибы. Однако воинственные богословы пока не могут подняться выше узко национальных пристрастий: в непуштунских районах они ведут себя куда жестче, чем в пуштунских. Так, они немилосердно обошлись с туркменами, узбеками, населявшими многие пограничные с Туркменистаном и Узбекистаном северные районы Афганистана.

С наступлением талибов на районы, где проживают национальные меньшинства, бывший полковник афганской армии, писатель Абдыкерим Язы, предварительно договорившись с туркменской стороной, организовал в афганском селе Маручак группу более чем из ста туркменских семей, готовых переселиться в Туркменистан. Каково же было удивление беженцев, перешедших границу, когда туркменские власти отказали им в убежище и вынудили их вернуться назад, в лапы вооруженных талибов.

Известный общественный деятель, афганский писатель и журналист Шамухаммед Язмаз по просьбе трехсот туркменских семей, эмигрировавших из Афганистана в Иран, обратился к туркменским властям с просьбой предоставить им убежище. Согласие было дано, но когда они перешли нейтральную полосу, то на их пути встал вооруженный кордон из туркменских пограничников.

После объявления Туркменистаном независимости афганские граждане неоднократно большими группами, спасаясь от боевых действий, переходили на туркменскую территорию. К примеру, в дни работы IV-ой конференции туркмен мира, то есть 25 октября 1996 года, когда Ниязов “любезно” приглашал соотечественников в “открытые двери” страны, несколько тысяч афганцев перешли на территорию Туркменистана. Месяц спустя, 2500 членов противоборствующей талибам группировки тоже вынуждено пересекли туркменскую границу.

Во всех случаях тех, кто искал спасения на туркменской земле, задерживали пограничниками и армейскими подразделениями. Затем туркменские власти предавали этих несчастных, всячески добиваясь их возвращения в Афганистан.

Придерживаясь жесткой позиции в отношении беженцев, туркменские власти соблюдают верность своей... двурушнической, демагогической политике: 12 июня 1997 года Меджлис Туркменистана принял Закон “О беженцах”, гарантирующий оказание необходимой материальной и правовой помощи, оформление статуса беженцев и т.д. Но, как говорится, бумага все стерпит. На деле же, ни одно из положений Закона не действует, обращение с беженцами, мягко говоря, не ахти гуманное.

Летом того же года, уже после вступления в силу Закона “О беженцах”, страну облетело сообщение зарубежных радиостанций о том, что афганские туркмены оказывают талибам вооруженное сопротивление (всякая информация в Туркменистане об афганских или иранских туркменах, особенно беженцах, властями упорно скрывается). В конце июня 1997 года до восьми тысяч афганских туркмен, целыми семьями, стар и млад, со всем имуществом и скотом, спасаясь от преследования вооруженных богословов, попытались укрыться на территории Тахта-Базарского района Туркменистана. На их пути встал заслон из сил пограничных войск и армейских подразделений, беженцы были разоружены и размещены в палатках, установленных в прилегающей к границе двухкилометровой зоне. Такая близость к границе лагеря беженцев позволяла регулярно обстреливать его из стрелкового оружия из Афганистана. В результате несколько человек получили ранения, в том числе и туркменские граждане. У беженцев не было необходимых запасов продовольствия и медикаментов, а туркменские власти о том и не думали заботиться. Среди раненых беженцев и детей отмечались случаи со смертельным исходом.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Синто
Синто

Слово «синто» составляют два иероглифа, которые переводятся как «путь богов». Впервые это слово было употреблено в 720 г. в императорской хронике «Нихонги» («Анналы Японии»), где было сказано: «Император верил в учение Будды и почитал путь богов». Выбор слова «путь» не случаен: в отличие от буддизма, христианства, даосизма и прочих религий, чтящих своих основателей и потому называемых по-японски словом «учение», синто никем и никогда не было создано. Это именно путь.Синто рассматривается неотрывно от японской истории, в большинстве его аспектов и проявлений — как в плане структуры, так и в плане исторических трансформаций, возникающих при взаимодействии с иными религиозными традициями.Японская мифология и божества ками, синтоистские святилища и мистика в синто, демоны и духи — обо всем этом увлекательно рассказывает А. А. Накорчевский (Университет Кэйо, Токио), сочетая при том популярность изложения материала с научной строгостью подхода к нему. Первое издание книги стало бестселлером и было отмечено многочисленными отзывами, рецензиями и дипломами. Второе издание, как водится, исправленное и дополненное.

Андрей Альфредович Накорчевский

Востоковедение
Государство и право в Центральной Азии глазами российских и западных путешественников. Монголия XVII — начала XX века
Государство и право в Центральной Азии глазами российских и западных путешественников. Монголия XVII — начала XX века

В книге впервые в отечественной науке исследуются отчеты, записки, дневники и мемуары российских и западных путешественников, побывавших в Монголии в XVII — начале XX вв., как источники сведений о традиционной государственности и праве монголов. Среди авторов записок — дипломаты и разведчики, ученые и торговцы, миссионеры и даже «экстремальные туристы», что дало возможность сформировать представление о самых различных сторонах государственно-властных и правовых отношений в Монголии. Различные цели поездок обусловили визиты иностранных современников в разные регионы Монголии на разных этапах их развития. Анализ этих источников позволяет сформировать «правовую карту» Монголии в период независимых ханств и пребывания под властью маньчжурской династии Цин, включая особенности правового статуса различных регионов — Северной Монголии (Халхи), Южной (Внутренней) Монголии и существовавшего до середины XVIII в. самостоятельного Джунгарского ханства. В рамках исследования проанализировано около 200 текстов, составленных путешественниками, также были изучены дополнительные материалы по истории иностранных путешествий в Монголии и о личностях самих путешественников, что позволило сформировать объективное отношение к запискам и критически проанализировать их.Книга предназначена для правоведов — специалистов в области истории государства и права, сравнительного правоведения, юридической и политической антропологии, историков, монголоведов, источниковедов, политологов, этнографов, а также может служить дополнительным материалом для студентов, обучающихся данным специальностям.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Роман Юлианович Почекаев

Востоковедение