Читаем Творения, том 3, книга 2 полностью

5. Прелюбодеи посрамлены. Буду ли я жить или умру, я за все спокоен. Вы видите последствия искушения. Что мне делать, чтобы воздать вам воздаяние, достойное вашей любви? Достойное – не могу, но какое могу, воздаю. Я люблю вас так, что готов пролить кровь свою для вашего спасения. Никто не имеет таких детей, никто - такого стада, никто – такой цветущей нивы. Мне не нужно возделывать землю; я сплю, и колосья цветут. Мне не нужно трудится; я отдыхаю, и овцы побеждают волков. Как я назову вас? Овцами или пастырями, или кормчими, или воинами, или военачальниками? Все эти названия справедливо могу приписать вам. Видя благочиние, называю вас овцами; видя заботливость, называю пастырями; видя мудрость, называю кормчими; видя мужество и твердость, называю всех вас воинами и военачальниками. О, труд! О, заботливость народа! Вы прогнали волков и не перестаете заботиться. Пловцы, бывшие с вами, обратились против вас и начали войну против корабля. Вы взываете: прочь этот клир, другой клир для церкви! Для чего так взывать? Они удалились, они прогнаны, без всякого преследования, они обратились в бегство. Не человек осуждает их, а совесть. "Ибо не враг поносит меня, - это я перенес бы" (Псал. 54:13). Не против нас восстали бывшие с нами; те, которые хотели вместе с нами управлять кораблем, захотели потопить корабль. Тем более удивляюсь я вашему благоразумию. Говорю это не с тем, чтобы побудить вас к возмущению. Возмущение – их дело, а ваше дело – ревность. Вы не требовали умертвить их, но – воспрепятствовать им в этом и ради вас и ради Церкви, чтобы она опять не подверглась потоплению. Ваше мужество не попустило бы буре, но их намерение произвело волнения. А я сужу не по концу дела, а по их намерению. Ты человек, предстоящий пред жертвенником, принявший на себя попечение о таком множестве народа, обязанный устранять прискорбное, ты усилил бурю, направил меч против себя самого, погубил своих детей намерением, если не самым делом. Но Бог воспрепятствовал этому. И теперь я удивляюсь вам и хвалю вас, что после войны и по водворении мира, вы заботитесь, чтобы мир был совершенным. Подлинно, кормчему должно быть в согласии с пловцами; а если они будут не согласны, то потонет судно. Вы при помощи благодати Божией, восстановили мир; вас я сделаю и участниками в безопасности. Ничего не стану делать без вас, равно как и без боголюбивейшей царицы, потому, что и она заботится, старается и употребляет всевозможные меры, чтобы насажденное осталось твердым, чтобы Церковь пребывала безмятежною. Так я воздал хвалу и вашему благоразумию, и попечительности царей, потому что они не столько заботятся о войне, сколько о Церкви, не столько о городе, сколько о Церкви. Будем молить Бога, будем просить о том, будем пребывать в молитвах, и, после того, как прекратились бедствия, не предадимся беспечности. Поэтому-то и до сего дня мы продолжаем молиться о прекращении бедствий. Будем же благодарить Бога; как тогда были мужественны, так и теперь будем усердны. И за все это возблагодарим Бога, Которому слава и держава, с Сыном и с благим Животворящим Духом, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

БЕСЕДА

о жене хананейской, сказанная по возвращении (святителя) из ссылки.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Библия. Современный перевод (BTI, пер. Кулакова)
Библия. Современный перевод (BTI, пер. Кулакова)

Данный перевод Библии выполнен Институтом перевода Библии в Заокском. В настоящем издании, адресованном современному читателю, используются по преимуществу находящиеся в живом обращении слова, словосочетания и идиомы. Устаревшие и архаичные слова и выражения допускаются лишь в той мере, в какой они необходимы для передачи колорита повествования и для адекватного представления смысловых оттенков фразы. В то же время было найдено целесообразным воздерживаться от использования остросовременной, скоропреходящей лексики и такого же синтаксиса, дабы не нарушить той размеренности, естественной простоты и органичной величавости изложения, которые отличают метафизически несуетный текст Писания.Как в прежних изданиях, так и в настоящем наш коллектив переводчиков стремился сохранить и продолжить то наилучшее, что было достигнуто усилиями библейских обществ мира в деле перевода Священного Писания. Стремясь сделать свой перевод доступным и понятным, мы, однако, по — прежнему противостояли искушению использовать грубые и вульгарные слова и фразы — ту лексику, которая обычно появляется во времена социальных потрясений — революций и смут. Мы пытались передать Весть Писания словами общепринятыми, устоявшимися и в таких выражениях, которые продолжали бы добрые традиции старых (теперь уже малодоступных) переводов Библии на родной язык наших соотечественников.В традиционном иудаизме и христианстве Библия — не только исторический документ, который следует беречь, не только литературный памятник, которым можно любоваться и восхищаться. Книга эта была и остается уникальнейшим посланием о предложенном Богом разрешении человеческих проблем на земле, о жизни и учении Иисуса Христа, открывшего человечеству путь в непрекращающуюся жизнь мира, святости, добра и любви. Весть об этом должна прозвучать для наших современников в прямо обращенных к ним словах, на языке простом и близком их восприятию.Данная версия Библии включает весь Новый Завет и часть Ветхого Завета, в котором отсутствуют исторические и поэтические книги. Выпуск всех книг Библии намечен Институтом перевода Библии на 2015 год.

BTI , Библия

Религия, религиозная литература / Религия / Эзотерика
Афонские рассказы
Афонские рассказы

«Вообще-то к жизни трудно привыкнуть. Можно привыкнуть к порядку и беспорядку, к счастью и страданию, к монашеству и браку, ко множеству вещей и их отсутствию, к плохим и хорошим людям, к роскоши и простоте, к праведности и нечестивости, к молитве и празднословию, к добру и ко злу. Короче говоря, человек такое существо, что привыкает буквально ко всему, кроме самой жизни».В непринужденной манере, лишенной елея и поучений, Сергей Сенькин, не понаслышке знающий, чем живут монахи и подвижники, рассказывает о «своем» Афоне. Об этой уникальной «монашеской республике», некоем сообществе святых и праведников, нерадивых монахов, паломников, рабочих, праздношатающихся верхоглядов и ищущих истину, добровольных нищих и даже воров и преступников, которое открывается с неожиданной стороны и оставляет по прочтении светлое чувство сопричастности древней и глубокой монашеской традиции.Наполненная любовью и тонким знанием быта святогорцев, книга будет интересна и воцерковленному читателю, и только начинающему интересоваться православием неофиту.

Станислав Леонидович Сенькин

Проза / Религия, религиозная литература / Проза прочее