Читаем Творцы и памятники полностью

Творцы и памятники

В книгу вошли документальные очерки о пяти крупнейших русских инженерах: М.А.Бонч-Бруевиче, В.Г.Шухове, Г.О.Графтио, Я.О.Гаккеле, В.П.Горячкине. Каждый из них стоял у истоков развития отдельной отрасли промышленности, ныне развившихся до гигантских размеров.

Ромэн Ефремович Яров , Ромэн Яров

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное18+

Ромэн Яров

ТВОРЦЫ И ПАМЯТНИКИ

Рассказы об инженерах

БОНЧ-БРУЕВИЧ

ШУХОВ

ГРАФТИО

ГАККЕЛЬ

ГОРЯЧКИН




Современная научно-техническая революция была бы невозможна, если бы на рубеже двух веков

…не были построены первые гидроэлектростанции…

…не поднялись в небо первые самолеты…

…не побежали по земле первые автомобили…

…не ушли в эфир с первыми сообщениями радиоволны…

…не произошел решающий переворот в методах сельскохозяйственного машиностроения.

Пяти крупнейшим русским инженерам-творцам посвящена эта книга. Каждый из них стоял у истоков развития отдельной отрасли промышленности (или сразу нескольких), ныне развившихся до гигантских размеров. Каждый из них в тот момент, когда произошла Великая Октябрьская социалистическая революция, был вполне сложившимся специалистом. Но только в условиях нового, молодого социалистического государства одаренные инженеры и ученые сумели полностью раскрыть свой талант и осуществить свои идеи.

Инженеры эти…

МИХАИЛ АЛЕКСАНДРОВИЧ БОНЧ-БРУЕВИЧ (1888–1940). Член-корреспондент Академии наук СССР, создатель первой радиолампы в нашей стране и первого устройства для передачи в эфир человеческого голоса, автор множества других работ, один из основоположников отечественной школы радиотехники, человек, выполнявший непосредственные указания Владимира Ильича Ленина.

ВЛАДИМИР ГРИГОРЬЕВИЧ ШУХОВ (1853–1939). Почетный член Академии наук СССР, Герой Труда, один из первых лауреатов Ленинской премии (1929 г.), заслуженный деятель науки и техники. Человек, сочетавший в себе поразительный изобретательский талант с четкостью мышления большого конструктора. Конструкции Шухова — это множество башен, опор, резервуаров, маяков, антенн…

ГЕНРИХ ОСИПОВИЧ ГРАФТИО (1869–1949). Академик, человек, всю жизнь посвятивший созданию гидроэлектростанций. По разработанным им проектам и под его руководством были построены первые в нашей стране гидроэлектростанции — Волховская и Ниисесвирская.

ЯКОВ МОДЕСТОВИЧ ГАККЕЛЬ (1874–1945). Профессор доктор технических наук, создатель первого в нашей стране самолета с бензиновым двигателем и первого в мире магистрального тепловоза. Автор множества изобретений, относящихся к разным отраслям техники.

Перейти на страницу:

Все книги серии Пионер — значит первый

Похожие книги

120 дней Содома
120 дней Содома

Донатьен-Альфонс-Франсуа де Сад (маркиз де Сад) принадлежит к писателям, называемым «проклятыми». Трагичны и достойны самостоятельных романов судьбы его произведений. Судьба самого известного произведения писателя «Сто двадцать дней Содома» была неизвестной. Ныне роман стоит в таком хрестоматийном ряду, как «Сатирикон», «Золотой осел», «Декамерон», «Опасные связи», «Тропик Рака», «Крылья»… Лишь, в год двухсотлетнего юбилея маркиза де Сада его творчество было признано национальным достоянием Франции, а лучшие его романы вышли в самой престижной французской серии «Библиотека Плеяды». Перед Вами – текст первого издания романа маркиза де Сада на русском языке, опубликованного без купюр.Перевод выполнен с издания: «Les cent vingt journees de Sodome». Oluvres ompletes du Marquis de Sade, tome premier. 1986, Paris. Pauvert.

Донасьен Альфонс Франсуа Де Сад , Маркиз де Сад

Биографии и Мемуары / Эротическая литература / Документальное
Девочка из прошлого
Девочка из прошлого

– Папа! – слышу детский крик и оборачиваюсь.Девочка лет пяти несется ко мне.– Папочка! Наконец-то я тебя нашла, – подлетает и обнимает мои ноги.– Ты ошиблась, малышка. Я не твой папа, – присаживаюсь на корточки и поправляю съехавшую на бок шапку.– Мой-мой, я точно знаю, – порывисто обнимает меня за шею.– Как тебя зовут?– Анна Иванна. – Надо же, отчество угадала, только вот детей у меня нет, да и залетов не припоминаю. Дети – мое табу.– А маму как зовут?Вытаскивает помятую фотографию и протягивает мне.– Вот моя мама – Виктолия.Забираю снимок и смотрю на счастливые лица, запечатленные на нем. Я и Вика. Сердце срывается в бешеный галоп. Не может быть...

Адалинда Морриган , Аля Драгам , Брайан Макгиллоуэй , Сергей Гулевитский , Слава Доронина

Детективы / Биографии и Мемуары / Современные любовные романы / Классические детективы / Романы
100 рассказов о стыковке
100 рассказов о стыковке

Р' ваших руках, уважаемый читатель, — вторая часть книги В«100 рассказов о стыковке и о РґСЂСѓРіРёС… приключениях в космосе и на Земле». Первая часть этой книги, охватившая период РѕС' зарождения отечественной космонавтики до 1974 года, увидела свет в 2003 году. Автор выполнил СЃРІРѕРµ обещание и довел повествование почти до наших дней, осветив во второй части, которую ему не удалось увидеть изданной, два крупных периода в развитии нашей космонавтики: с 1975 по 1992 год и с 1992 года до начала XXI века. Как непосредственный участник всех наиболее важных событий в области космонавтики, он делится СЃРІРѕРёРјРё впечатлениями и размышлениями о развитии науки и техники в нашей стране, освоении космоса, о людях, делавших историю, о непростых жизненных перипетиях, выпавших на долю автора и его коллег. Владимир Сергеевич Сыромятников (1933—2006) — член–корреспондент Р РѕСЃСЃРёР№СЃРєРѕР№ академии наук, профессор, доктор технических наук, заслуженный деятель науки Р РѕСЃСЃРёР№СЃРєРѕР№ Федерации, лауреат Ленинской премии, академик Академии космонавтики, академик Международной академии астронавтики, действительный член Американского института астронавтики и аэронавтики. Р

Владимир Сергеевич Сыромятников

Биографии и Мемуары
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Р Дж Коллингвуд , Роберт Джордж Коллингвуд , Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное