Тренировать меня, сражаться со мной. Вести от испытания к испытанию, буквально за руку, потому что даже уроки Ритера не могли заполнить все бреши в моей голове, не могли в полной мере выстроить картину мира. Только когда я посмотрю на все своими глазами – вот тогда все части мозаики встанут на место.
Некоторые вещи невозможно узнать, не столкнувшись с ними лично.
Эктор повел плечами, указал на меня острием клинка.
Весь его вид будто кричал: “Давай, нападай немедленно! Посмотрим, чего ты стуишь”.
В голове лихорадочно метались мысли, внутренний голос вопил во все горло, что я точно не уйду живой, но отступать было некуда и бессмысленно.
– Что с вами, Александра? – спросил Эктор. – Вы забыли все, чему я вас учил?
– Ваши уроки забыть невозможно, – подняв Жало, я приготовилась к нападению.
Мы двинулись по кругу одновременно, осторожно ступая по траве. Эктор двигался легко, неслышно, как хищный кот, готовый к броску, а его глаза будто светились изнутри, в них плескалась густая тьма, полная красновато-золотых отблесков.
Я не могла решиться на первый шаг, клинок мелко подрагивал в руках, и казалось, что время вокруг превратилось в густой кисель. Воздух приходилось втягивать с силой, каждый новый вдох обжигал горло не хуже кислоты, а во рту жутко пересохло.
Нужно сосредоточиться.
Следить за его движениями, не упустить ни одной мелочи…
– Вы слишком много думаете, Александра.
Эктор скользнул вперед медленнее, чем я ожидала. Он позволил мне отбить первый удар, позволил увернуться от широкой дуги, что сразу же прошла над моей головой, и отступить в сторону, когда острие нацелилось мне в левый бок.
– Следите за ногами! – рыкнул Эктор, и следующее движение было быстрым, смазанным, почти неуловимым.
Звон стали ударил по ушам, в голове моментально стало пусто, и все мысли отошли на задний план.
В мире не осталось никого и ничего – только человек передо мной имел значение, только его движения, его дыхание, сталь в его руке.
Солнечный отблеск прыгнул на лезвие и двинулся вместе с ним, острие прочертило линию по моей рубашке, оставляя за собой рваный след, но я его даже не заметила.
Нырнула вперед, прямо под клинок. Метила в бок, но на моем пути неожиданно возник меч Эктора. Удивленный возглас сорвался с губ, и пришлось отступить, чтобы уйти от нового выпада.
Нога заскользила по траве, опора норовила сбежать из-под меня, вынуждая припасть на колено и пригнуться, чтобы не лишиться головы.
Как раз вовремя!
Эктор резко отступил и застыл, будто чего-то ждал.
– Немного ускоримся.
Ускоримся?!
Да я и так за ним не успеваю!
Я вздохнуть не успела, как мужчина взмахнул мечом снизу-вверх. Плечо пронзила острая боль, а по белой ткани расползлось красное пятно.
– Защищайтесь, Александра, – тихо прошелестел Эктор. – Или я подарю вам еще парочку отметин.
Зло тряхнув головой, я приготовилась к новому удару – и наставник не заставил себя ждать.
И в этот раз он не давал мне привыкнуть к скорости.
Удары сыпались один за другим, некоторые пробивали защиту и оставляли следы. Эктор не пытался серьезно меня ранить, но крохотные порезы и царапины нещадно саднили и при каждом движении окрашивали рубашку в красный.
Очередной удар едва не выбил клинок у меня из рук, и я заметила рывок Эктора слишком поздно, чтобы уйти с линии атаки. Не придумав ничего лучше, я перехватила меч обратным хватом и полоснула наугад в надежде, что это остановит мужчину.
Откатившись в сторону, я застыла, уперевшись взглядом в небо; и всего одного вздоха хватило, чтобы осознать, что меня распяли на земле и прижали острие меча к горлу.
Мы смотрели друг на друга, и мне показалось, что мужчина совсем чуть-чуть, но запыхался. В синей глубине глаз вспыхивали и гасли разноцветные звезды.
А на левой скуле красовался тонкий росчерк клинка. Тугие капли ярко-красной крови медленно набухали, и я завороженно наблюдала, как они собираются в один крупный “шарик”, что через секунду сорвался вниз.
Я почувствовала, как на моей щеке растекается теплая влага и скользит вниз по коже.
Эктор медленно приподнялся, уперевшись коленом прямо у моего бока. Свободной рукой он потянулся ко мне, большой палец проехался по подбородку, стирая алый развод.
– А вы молодец, – прогудел мужчина. На хмуром лице застыло задумчивое и отстраненное выражение. – Надеюсь, что это не последний след, что вы мне подарите. Иначе мы с вами никогда не рассчитаемся, – он выразительно обвел взглядом мою рубашку. На ткани тут и там красовались красные отпечатки.
– Можете не сомневаться, – голос сорвался на шепот. Кашлянув, я попыталась встать. Эктор за долю секунды оказался на ногах и протянул мне ладонь, за которую я не задумываясь уцепилась.
Мужчина ухватил меня за плечо и бесцеремонно отодвинул в сторону рассеченную клинком ткань. Осмотр был быстрым и безжалостным. Пальцы скользили по влажной от пота коже, и мне оставалось только вздрагивать и морщиться.