Читаем Уравнение Шекспира, или «Гамлет», которго мы не читали полностью

Итак, связь «Гамлета» с балладами о не менее известном герое – Robin Hood – Робине Капюшоне или, по-русски, Робине Гуде, действительно существует. И не только с балладами, которые достигли пика своей популярности в Англии XV века, но и с произведениями о Робине Гуде, современными Шекспиру. В 1601 году, за два года до появления первой редакции «Гамлета», были изданы две пьесы Энтони Мандея (Anthony Munday) The Downfall of Robert, Earle of Huntington (Падение/крушение Роберта, графа Хантингтонского) и The Death of Robert, Earle of Huntington (Смерть Роберта, графа Хантингтонского). Эти пьесы – все о том же Робине Гуде, но на этот раз легендарный герой послужил маской для реального высокопоставленного лица. Сейчас мы не станем останавливаться на истории крушения и смерти новоявленного Робина Гуда – у нас еще будет для этого время. Пока лишь позаимствуем слово The Downfall, чтобы предположить, что слова Офелии you call him a downe a могут означать ты называй его павшим/потерпевшим крушение/конченым человеком.

Такого объяснения вроде бы достаточно. Однако честному исследователю не дает покоя вот эта замыкающая «а». И все-таки – почему «a downe a»?


XV. СОЛНЕЧНАЯ НОТА И ГЕРБАРИЙ ОФЕЛИИ


Есть еще один доступный нашему пониманию вариант. Скорее всего, это один из тех самых случаев, когда мы перешекспирим Шекспира. Но в нашей игре нельзя пренебрегать ничем, – а особенно красивыми ходами. Литерой «а» в английском языке обозначают как неопределенный артикль, так и ноту «ля». Но при чем тут «ты есть ниже ля»? Предположим, Шекспир говорит о ноте, которая ниже «ля». Эта нота, как мы знаем, называется «соль». В русском языке нота «соль» имеет омоним «соль» в значении химическое соединение (например, всем известный NaCl), английский эквивалент которого salt. В английском языке нота «соль» обозначается буквой G или словом sol, которое в свою очередь означает бога Солнца из римской мифологии, или просто – Солнце. (Можно добавить интересную деталь: в масонской символике пентаграмма, называемая «Пламенеющая звезда» и воплощающая собой Солнце, несет в своем центре букву G, которую трактуют по-разному – например, как гнозис (знание, гр.), готт (бог, нем.) и пр. Но теперь понятно, что это всего лишь нота Соль, означающая Солнце).

В этом варианте получается не «падший», а, наоборот; лицо королевской крови. Напомню – Солнцем Офелия называет Лаэрта, фальшивого управляющего, укравшего дочь некоего хозяина. Этого управляющего мы оставим на потом – он понадобится только в сравнительной части нашего расследования. А вот нота «соль» заставляет нас вспомнить разговор Гамлета с Полонием о некоем Солнце, под которым опасно гулять Офелии – эти солнечные ванны чреваты беременностью (очень уместная тавтология).

Мы еще вернемся к истории Робина Гуда и ее связи с историей Гамлета. Теперь же выслушаем до конца Офелию, которая продолжает интриговать читателя. Попытаемся разобраться с гербарием, который она дарит Лаэрту.


2927-8 Oph. There's Rosemary, thats for remembrance, pray you loue remember, and there is Pancies, thats for thoughts.

(Здесь розмарин, это для воспоминаний, прошу тебя, любовь, помни; и здесь – анютины глазки, они для мыслей, намерений, забот.)

2932-7 <...>There's Fennill for you, and Colembines, there's Rewe for you, & heere's some for me, we may call it herbe of Grace a Sondaies, you may weare your Rewe with a difference, there's a Dasie, I would giue you some Violets, but they witherd all when my Father dyed, they say a made a good end.

(Здесь укроп для тебя, и водосборы, это рута для тебя, и немного для меня, мы можем звать ее травой Светлого/Прощеного Воскресенья, ты можешь носить твою руту с отличием/как геральдический знак герба, здесь маргаритка, я дам тебе немного фиалок, но они все увяли, когда мой отец умер, говорят, он умер хорошо.)


А сейчас, насколько хватит знаний (а их явно недостаточно) попробуем найти скрытые смыслы.

Rosmarinus в переводе с латинского – роса моря. По словам Офелии она должна пробудить в Лаэрте воспоминания. Да, розмарин использовался на похоронах «для памяти», но не меньше он использовался на свадьбах, символизируя верность и любовь. А может, Лаэрту предлагается вспомнить о том, что по евангельской мифологии именно на кустах розмарина, растущих у самого моря, дева Мария сушила пеленки младенца Христа?

Анютины глазки (Viola tricolor) – символ женственности мужчины, его гомосексуальности.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Время, вперед!
Время, вперед!

Слова Маяковского «Время, вперед!» лучше любых политических лозунгов характеризуют атмосферу, в которой возникала советская культурная политика. Настоящее издание стремится заявить особую предметную и методологическую перспективу изучения советской культурной истории. Советское общество рассматривается как пространство радикального проектирования и экспериментирования в области культурной политики, которая была отнюдь не однородна, часто разнонаправленна, а иногда – хаотична и противоречива. Это уникальный исторический пример государственной управленческой интервенции в область культуры.Авторы попытались оценить социальную жизнеспособность институтов, сформировавшихся в нашем обществе как благодаря, так и вопреки советской культурной политике, равно как и последствия слома и упадка некоторых из них.Книга адресована широкому кругу читателей – культурологам, социологам, политологам, историкам и всем интересующимся советской историей и советской культурой.

Валентин Петрович Катаев , Коллектив авторов

Культурология / Советская классическая проза
Антология исследований культуры. Символическое поле культуры
Антология исследований культуры. Символическое поле культуры

Антология составлена талантливым культурологом Л.А. Мостовой (3.02.1949–30.12.2000), внесшей свой вклад в развитие культурологии. Книга знакомит читателя с антропологической традицией изучения культуры, в ней представлены переводы оригинальных текстов Э. Уоллеса, Р. Линтона, А. Хэллоуэла, Г. Бейтсона, Л. Уайта, Б. Уорфа, Д. Аберле, А. Мартине, Р. Нидхэма, Дж. Гринберга, раскрывающие ключевые проблемы культурологии: понятие культуры, концепцию науки о культуре, типологию и динамику культуры и методы ее интерпретации, символическое поле культуры, личность в пространстве культуры, язык и культурная реальность, исследование мифологии и фольклора, сакральное в культуре.Широкий круг освещаемых в данном издании проблем способен обеспечить более высокий уровень культурологических исследований.Издание адресовано преподавателям, аспирантам, студентам, всем, интересующимся проблемами культуры.

Коллектив авторов , Любовь Александровна Мостова

Культурология