Нику было нелегко даже в своей школе в Австралии, среди одноклассников, знавших его много лет. А когда их семья начала переезжать с места на место, хождение в школу нередко превращалось в его персональный ад. Все-таки одно дело – жить среди людей, которые к нему привыкли и уже давно видели в нем человека, а не любопытную диковинку, инвалида, которого надо пожалеть, или вовсе забавного уродца, и совсем другое – оказаться среди чужих, незнакомых и не всегда дружелюбно настроенных людей.
Дома к Нику относились как к здоровому человеку, никто с ним не сюсюкал, никто не носился, а все услуги, которые ему оказывали, были лишь помощью в том, с чем он не мог справиться сам. Правда, как он признавался, он не раз этим злоупотреблял, терроризируя младшего брата, которому родители поручали ему помогать. К примеру, вот так Ник готовил яичницу для пришедшего в гости друга: «Аарон, дай мне яйца… И поставь сковородку на огонь. Да, да, поставь ее на плиту. Разбей яйца в сковородку, а я скажу тебе, когда они будут готовы…» Дело закончилось тем, что Аарон взбунтовался и пригрозил запереть его в ящике шкафа, если он не перестанет его эксплуатировать. И этот бунт им обоим пошел на пользу – Ник после него задумался, что надо быть тактичнее с людьми, и стал больше уважать младшего брата.
Двоюродные братья и сестры, тетушки и дядюшки тоже, следуя примеру Бориса, Душки, Аарона и Мишель, старались не зацикливаться на инвалидности Ника, а принимать его таким, какой он есть, и не обращать внимания, что он как-то отличается от других людей. Точнее, это взрослые не обращали внимания, а дети… поддразнивали и насмешничали, но по-доброму, что очень помогло ему научиться находить юмор в своей трагической судьбе.
Нередко так бывало, что где-нибудь в торговом центре посетители приходили в ужас при виде детей, прыгающих вокруг инвалидной коляски, тыкающих в Ника пальцами и с хохотом кричащих: «Посмотрите-ка на этого парня… Это инопланетянин!» Со стороны было не понять, что это не оскорбление, а семейная шутка, в которой сам Ник с удовольствием принимал участие. Среди братьев и сестер он не боялся быть «инопланетянином», потому что знал, что они его и таким любят, а их насмешки ничем не отличаются от тех, которыми они осыпали друг друга.
Всем нам знакомы моменты сомнений и страхов. Всем без исключения. Это естественно. Это часть человеческой жизни. Подобные чувства опасны лишь для тех, кто позволяет негативным мыслям овладевать собой, вместо того чтобы бороться с ними.
Поверьте в то, что вы получили прекрасные дары – таланты, знания, любовь. Будьте готовы поделиться ими с окружающими. И вы начнете путь к принятию самого себя, даже если ваши дары все еще не проявились. Как только вы начнете этот путь, окружающие заметят это и пойдут вместе с вами.
Но то дома, среди своих, или хотя бы в собственной школе. Там его уже знали и любили, ну, или хотя бы симпатизировали его умению не унывать, а иногда и посмеяться над собой. А вот дети, с которыми он встречался, когда его переводили в другую школу, оставляли по-настоящему серьезные раны в его душе. Новичку в классе всегда сложно – когда он приходит в уже сложившийся коллектив, он в большинстве случаев становится изгоем. И это обычный нормальный ребенок. А если он еще и инвалид…
Вряд ли есть смысл объяснять, как трудно было Нику среди незнакомых враждебно настроенных школьников. Дети вообще бессознательно жестоки, их не останавливают моральные нормы, которые обычно заставляют взрослых людей проявлять терпимость и понимание даже в тех случаях, когда они этого на самом деле не испытывают. Ребенок говорит то, что думает, очень зависит от своей «стаи» и боится показаться смешным или слабым. Кто решится защитить инвалида, когда лидеры класса откровенно травят его?
И даже когда открытой травли не было, оставалось обычное непонимание, которое иногда ранило еще больнее. Людям свойственно отворачиваться от чужих страданий, чтобы просто не портить самому себе настроение. Что радостного в общении с инвалидом, когда постоянно смотришь на него и чувствуешь неловкость. Взрослый человек может перешагнуть через себя, а вот ребенку сделать это очень сложно.