Читаем В погоне за потрошителем с Грин-Ривер. Мои поиски убийцы 49 женщин полностью

Увёртками и окольными путями Гэри отрицал, что рассматривал возможность расчленения. Но он уловил посыл Рэнди. Детективы хотели заглянуть в тёмные уголки его разума.

– У меня были мысли… о… ну, в общем, придать им вид, или смысл. Я так много убил их, что подумывал насадить одну на кол.

– Для чего?

– Так это… просто выставить на показ, украсить.

Рэнди пытался вести себя непринуждённо, даже в чём-то проявлял понимание. Но он никак не мог быть готов к тому, что Риджуэй сказал далее.

– Насадить их на кол. И пытать.

И он говорил не о трупе, а о живой девушке, чтобы понаблюдать за её страданиями. Он думал провести это в очень отдалённой лесистой местности. Он засунул бы ей кляп в рот, насадил на кол, воткнув его в землю и смотрел бы на страдания, пока её силы не иссякли. Затем снял бы и придушил.

Риджуэй возбудился, рассказывая об этой фантазии.

– Если бы я сделал это, её боль и смерть возбудили бы меня. Она жила… позволяя парням совать в неё члены, и теперь умерла бы от засунутого кола. Но я не сделал этого. Только думал. Это была бы клиника, а я не настолько безумен.

Пока Гэри настаивал, что это была только фантазия, Рэнда задавался вопросом, почему он её так и не воплотил. Он всё равно убил всех этих девушек. Мёртвая – есть мёртвая. Почему он не сделал этого, если это могло принести ему удовольствие?

– Всему есть предел, – наконец объяснил он. – Я мог убивать их, насиловать, хоронить и прятать, но у моих действий был предел.

– И кто его установил?

– Я сам установил.

– И что это за предел?

– Унизить, убить, избавиться от тела и может быть пару раз после этого заняться сексом.

На удивление у Гэри Риджуэя были пределы. Он и правда давал отпор некоторым своим фантазиям и поведению.

Он утверждал, что начал размещать тела всё дальше и дальше от дома, чтобы труднее было практиковать некрофилию. «Это немного пугало меня… так что я отвозил их далеко».

Но больше всего Риджуэя беспокоила не фантазия о пытках. В один из редких моментов откровенности он признался, что начал бороться со своим желанием убийства – которое приравнял к наркомании – когда мыслями обратился к каннибализму.

Мы так и не узнали, попробовал ли он, но было ясно, что много думал об этом.

В начале нашего общения с Гэри Риджуэем, было тяжело представить, как человеку со столь небольшими умственными способностями, удалось обдурить столь многих девушек и ускользать от целевой группы на протяжении такого долгого периода времени. Я имею в виду, что у мужика были проблемы с согласованием предложений. Как ему давалось осуществлять свои преступления с такой осторожностью?

Однако по прошествии недель Риджуэй показал себя «одарённым» убийцей. Когда дело доходило до приобретения и овладения навыками, необходимыми для убеждения, умерщвления и захоронения жертв, у него словно проявлялся синдром саванта[19].

Первое, что Риджуэй сделал правильно, если можно так выразиться, связано с выбором жертв. Он с готовностью признал, что выбирал самых уязвимых, беззащитных и «невидимых» девушек в округе. Затем, со временем, он усовершенствовал ряд уловок, используемых для сокрытия истинных намерений. И действительно, он настолько хорошо изображал из себя безобидного слабака, что девушки, отбившиеся от его нападений – мы знали, по меньшей мере, о двух случаях – не осознавали, что он был «Убийцей с Грин-Ривер».

Риджуэй был бесстыден в своих играх. Когда его сын Мэтью был маленьким, он ездил с ним по району в грузовике или в машине, останавливаясь и болтая с проститутками. Они ворковали вокруг его сына, пока он договаривался о встрече. Если Мэтью не был доступен, Риджуэй тряс его младенческими фотографиями. Если этого было недостаточно, он обещал накормить девушку или помочь найти работу. Все его действия были рассчитаны на притупление осторожности, дабы убедить девушек, что он обычный среднестатистический Джо.

Как я всегда и подозревал, некоторые девушки боялись, что он был «Убийцей с Грин-Ривер» и отказывались идти с ним «на свидания» в безлюдные места. Другие отказывались заниматься сексом не в грузовике, избежав участи быть убитой, потому что Риджуэй не мог оказаться позади них.

Жертвы Гэри были не единственными, кого ему пришлось обманывать. Во время большей части периода убийств, когда он пользовался услугами проституток и многих из них убил, он жил с четвёртой женой, Джудит. Чтобы отслеживать всех девушек, с которыми ходил на «свидания» и не попасться, он разработал кодовую систему для записи имён, телефонных номеров и другой нужной информации.

Он использовал записные книжки, содержавшие также списки покупок и пометки, связанные с работой в «Кенворте». Например, имя проститутки Кэрол шло в сопровождении мужского имени, чтобы выглядело, будто это пара; Джудит не заподозрила бы, что у него есть друзья женщины. Номера телефонов были замаскированы цветами красок, используемых в «Кенворте» или ценами на некоторые услуги. На одной странице он писал «краска цвета 555», а на другой – «регулировка сцепления, 20,75$». Таким образом номер Кэрол выглядел: 555-2075.

Перейти на страницу:

Все книги серии Наедине с убийцей

Близнецы Крэй. Психопатия как искусство
Близнецы Крэй. Психопатия как искусство

Боже, храни сумасшедших… Ибо только они способны изменить этот мир.Ну а в какую сторону, зависит лишь от степени безумия. Близнецов Ронни и Реджи Крэй называют главными гангстерами Великобритании. Они организовали и возглавили собственную криминальную империю – «Фирму». Жестокие убийства, грабежи, поджоги и, конечно, рэкет были частью «работы», не более того. Истинное же удовольствие короли свингующих 1960-х получали, выходя на сцену собственного ночного клуба. Идиллия не могла продолжаться вечно. Ронни вел себя все более странно, а Реджи всеми силами старался скрыть шизофрению брата.Как близнецы сумели добиться такого общественного признания? Что чувствовал Ронни Крэй, расстреливая конкурентов в баре «Слепой попрошайка»? Уникальные интервью братьев Крэй и яркое повествование автора книги увлекут вас в мир Лондона 1960-х.

Елизавета Михайловна Бута

Документальная литература / Прочая документальная литература / Документальное
Мой пациент – Гитлер. Психоанализ фюрера
Мой пациент – Гитлер. Психоанализ фюрера

"…Нельзя ли добавить, что я могу каждому сердечно рекомендовать гестапо?"(3. Фрейд)Эту фразу отец психоанализа небрежно бросил, навсегда покидая Австрию. Буквально за несколько дней до того, как отправиться в концлагерь, знаменитый врач все же смог добиться разрешения на выезд. Вот только от него потребовали подписать бумагу, в которой он признавал, что в гестапо с ним обращались прекрасно.За несколько десятилетий до этого семейный врач четы Гитлер Э. Блох обращался за консультацией к 3. Фрейду. Гуру психоанализа был весьма обеспокоен состоянием ребенка по имени Адольф и настаивал на помещении его в психиатрическую клинику. К сожалению, Блох не внял советам мастера, а в 1940-х, равно как и 3. Фрейд, вынужден был бежать из Европы.Кем был фюрер? Что творилось в душе самого жестокого человека XX века? Об этом рассказывает его личный лечащий врач Э. Блох, комментарии к заключению дает 3. Фрейд, а полный психоаналитический портрет дает классик неопсихоанализа Э. Фромм.

Вальтер Лангер , Эдуард Блох , Эрих Зелигманн Фромм , Эрих Фромм

Биографии и Мемуары / Документальное
Андрей Чикатило. Ростовское чудовище
Андрей Чикатило. Ростовское чудовище

«Первое убийство напугало и сконфузило меня, но после второго я испытал ликование и радость»(Андрей Чикатило)Выпускник филологического факультета Ростовского университета по специальности «Русский язык и литература», скромный завуч в школе, председатель районного комитета физической культуры и спорта, скромный семьянин, беззаветно и навсегда влюбленный в свою жену, Андрей Чикатило прожил бы тихую и незаметную жизнь, если бы однажды не поддался объявшей его страсти.На протяжении десяти лет он убивал и насиловал женщин и детей в Ростовской и сопредельных областях. Часто эти преступления оставались нераскрытыми, но иногда по делам о страшных убийствах сажали невиновных в том людей. Долгое время следствию даже не приходило в голову, что во всех этих убийствах может быть повинен один человек…О насильнике и убийце А. Чикатило немало писалось в средствах массовой информации России. Ценность книги Пьера Лоррена в том, что это взгляд стороннего наблюдателя, мнение и впечатление «человека со стороны». Издание дополнено интервью убийцы.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Пьер Лоррен

Биографии и Мемуары / Зарубежная публицистика / Документальное

Похожие книги

Кланы Америки
Кланы Америки

Геополитическая оперативная аналитика Константина Черемных отличается документальной насыщенностью и глубиной. Ведущий аналитик известного в России «Избор-ского клуба» считает, что сейчас происходит самоликвидация мирового авторитета США в результате конфликта американских кланов — «групп по интересам», расползания «скреп» стратегического аппарата Америки, а также яростного сопротивления «цивилизаций-мишеней».Анализируя этот процесс, динамично разворачивающийся на пространстве от Гонконга до Украины, от Каспия до Карибского региона, автор выстраивает неутешительный прогноз: продолжая катиться по дороге, описывающей нисходящую спираль, мир, после изнурительных кампаний в Сирии, а затем в Ливии, скатится — если сильные мира сего не спохватятся — к третьей и последней мировой войне, для которой в сердце Центразии — Афганистане — готовится поле боя.

Константин Анатольевич Черемных

Публицистика
«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство