Читаем В Стране синего снега полностью

– Нет. Я думал, что мои родители – те, кто меня окружали в том доме в ледяном мире, но оказалось, что нет. Годам к 7 я всё узнал. Холодной ночью был подкинут неизвестным жителем к порогу дома. Некоторое время жил в окружении алкоголиков и наркоманов, где обо мне заботилась пьяная женщина – она боролась с зависимостью, пыталась стать дееспособным жителем, борясь с чувством неотвратимого. Так у меня не стало детства. Она всё же не смогла побороть свою волю и сорвалась. Как оказалось – безвозвратно. Мне было лет восемь, когда я решился сбежать из дома. Поселился на пыльном чердаке заброшенного деревянного здания. Улица воспитала во мне упрямство, силу, веру в лучшее. Однако, несмотря на это, она и уносила на самодельных носилках лучшие жизни. Я понимал, что это игра не имеет друзей. Всё изменилось после необыкновенного сна.

– Сна?

– Да. Мне приснилась страна, залитая тёплым солнечным светом, и в облачной дымке счастливое создание, чем-то похожее на жителей Страны синего снега и одновременно не имеющее с ними абсолютного сходства. Такого прекрасного явления я ещё не встречал. Оно вдохновило меня на отчаянный поступок, я решил изменить свою жизнь раз и навсегда, покинув город. Не знаю, что будет дальше. Не знаю, правильно ли я поступил, однако вера в то, что есть где-то свет, заставляет меня идти к нему. Можно вопрос?

– Конечно.

– У вас есть мечта?

– Я в неё не верю, это иллюзия. Я верю только в материальность вещей, то есть в то, что можно взять в руки, можно понять, то, что не оставляет никаких сомнений. Мечты окрыляют, разрушая настоящее.

– Хм… вы мечтали?

– Мечтал, когда был юн и бел, – с тяжёлым вздохом произнёс старик, – и что, ни к чему они меня не привели.

– А вы пробовали воплотить свои мечты или только мечтали?

– Очень хороший вопрос. Я смотрю, вы мудры не по годам. Тяжёлая жизнь взрослеет, не спрашивая у нас разрешения, это да. Нет, к своему несчастью, я лишь мечтал до тех пор, пока не разочаровался. Теперь уже поздно.

– Поздно – это самое несправедливое слово! Мечты не имеют возраста! Они разрушают настоящее, но на осколках настоящего можно построить другое настоящее – будущее.

– Может, ты и прав. Мне этого не понять уже, да я и не хочу этого понимать. Завтра я уже по устоявшемуся обыкновению встану, пойду к зданию и буду говорить прохожим о том, что всё меняется. Это моя трибуна, и это моё будущее.

Молчание. Старый философ захрапел.

Какое-то время Снежок ещё размышлял о произошедшем между ним и чудаковатом стариком диалоге и сам незаметно уснул.

Когда он проснулся, старика не было на месте. Снежок протёр заспанные глаза, вышел наружу и направился к вчерашнему зданию. Ничего не изменилось. Облокотившись на кирпичную стену, сидел старик, мимо проходили жители. Заприметив боковым зрением фигуру Снежка, он приподнял голову, они переглянулись, и Снежок зашагал в противоположную сторону.

Глава V

Неожиданная встреча

Улицы города оживились. Снежок миновал несколько кварталов и в который раз оказался в шумной власти городского безумия. Несколько бурлящих потоков и, наконец, парк, лавочка, тишина.

Им снова овладели размышления.

Время? Что это? Имеет ли своё существо? Существует ли? Или оно лишь обозначение, установленное жителями? Снежок посмотрел на дорогу.

Допустим, вон тот бегущий житель торопится сейчас на работу. Тот момент, когда он находился дома, – прошлое, нахождение на работе – будущее, а на данный момент он в настоящем. Он здесь и в тоже время – в прошлом и будущем. Получается, времена меняются друг с другом местами. Что когда-то было настоящим, превращается в прошлое, будущее – в настоящее, и так бесконечно.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Георгий Фёдорович Коваленко , Коллектив авторов , Мария Терентьевна Майстровская , Протоиерей Николай Чернокрак , Сергей Николаевич Федунов , Татьяна Леонидовна Астраханцева , Юрий Ростиславович Савельев

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
Социум
Социум

В середине 60-х авторы «Оттепели» и «Новой волны» изменили отношение к фантастике. Если раньше ее воспринимали по большей части как развлечение для любопытных подростков, то теперь конструкторы вымышленных миров не постеснялись встать в один ряд с Большой литературой, поднимая спорные, порой неудобные для общества темы. Социальная фантастика вошла в золотой фонд не только НФ, но и всей мировой культуры. Мы не претендуем на место в этом ряду, задача сборника — заставить читателя задуматься, сомневаться и спорить. Уже не первый год сообщество «Литературные проекты» выпускает сборники социальных антиутопий с узкой темой. Но теперь мы намеренно решили отказаться от любых идеологических ограничений. Лишь одно условие объединяет все тексты в этом сборнике: грядущие проблемы человеческого социума. Фантастика часто рассуждает о негативном, прогнозируя в будущем страшные катаклизмы и «конец истории». Но что если апокалипсис придет незаметно? Когда киборги и андроиды заменят людей — насколько болезненным будет вытеснение homo sapiens в разряд недочеловеков? Как создать идеального покупателя в обществе бесконечного потребления? Что если гаджеты, справедливо обвиненные в том, что отняли у людей космос, станут залогом его возвращения? И останется человеку место в обществе, у которого скорость обновления профессий исчисляется уже не десятилетиями, а годами?

Глеб Владимирович Гусаков , Коллектив авторов , Сергей Владимирович Чекмаев , Татьяна Майстери

Прочее / Социально-психологическая фантастика / Подростковая литература