Читаем Vanity Fair (illustrated) полностью

I warn my “kyind friends,” then, that I am going to tell a story of harrowing villainy and complicated - but, as I trust, intensely interesting - crime. My rascals are no milk-and-water rascals, I promise you. When we come to the proper places we won’t spare fine language - No, no! But when we are going over the quiet country we must perforce be calm. A tempest in a slop-basin is absurd. We will reserve that sort of thing for the mighty ocean and the lonely midnight. The present Chapter is very mild. Others - But we will not anticipate THOSE.

And, as we bring our characters forward, I will ask leave, as a man and a brother, not only to introduce them, but occasionally to step down from the platform, and talk about them: if they are good and kindly, to love them and shake them by the hand: if they are silly, to laugh at them confidentially in the reader’s sleeve: if they are wicked and heartless, to abuse them in the strongest terms which politeness admits of.

Otherwise you might fancy it was I who was sneering at the practice of devotion, which Miss Sharp finds so ridiculous; that it was I who laughed good-humouredly at the reeling old Silenus of a baronet - whereas the laughter comes from one who has no reverence except for prosperity, and no eye for anything beyond success. Such people there are living and flourishing in the world - Faithless, Hopeless, Charityless: let us have at them, dear friends, with might and main. Some there are, and very successful too, mere quacks and fools: and it was to combat and expose such as those, no doubt, that Laughter was made.


CHAPTER IX


Family Portraits


Sir Pitt Crawley was a philosopher with a taste for what is called low life. His first marriage with the daughter of the noble Binkie had been made under the auspices of his parents; and as he often told Lady Crawley in her lifetime she was such a confounded quarrelsome high-bred jade that when she died he was hanged if he would ever take another of her sort, at her ladyship’s demise he kept his promise, and selected for a second wife Miss Rose Dawson, daughter of Mr. John Thomas Dawson, ironmonger, of Mudbury. What a happy woman was Rose to be my Lady Crawley!

Let us set down the items of her happiness. In the first place, she gave up Peter Butt, a young man who kept company with her, and in consequence of his disappointment in love, took to smuggling, poaching, and a thousand other bad courses. Then she quarrelled, as in duty bound, with all the friends and intimates of her youth, who, of course, could not be received by my Lady at Queen’s Crawley - nor did she find in her new rank and abode any persons who were willing to welcome her. Who ever did? Sir Huddleston Fuddleston had three daughters who all hoped to be Lady Crawley. Sir Giles Wapshot’s family were insulted that one of the Wapshot girls had not the preference in the marriage, and the remaining baronets of the county were indignant at their comrade’s misalliance. Never mind the commoners, whom we will leave to grumble anonymously.

Sir Pitt did not care, as he said, a brass farden for any one of them. He had his pretty Rose, and what more need a man require than to please himself? So he used to get drunk every night: to beat his pretty Rose sometimes: to leave her in Hampshire when he went to London for the parliamentary session, without a single friend in the wide world. Even Mrs. Bute Crawley, the Rector’s wife, refused to visit her, as she said she would never give the pas to a tradesman’s daughter.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Шедевры юмора. 100 лучших юмористических историй
Шедевры юмора. 100 лучших юмористических историй

«Шедевры юмора. 100 лучших юмористических историй» — это очень веселая книга, содержащая цвет зарубежной и отечественной юмористической прозы 19–21 века.Тут есть замечательные произведения, созданные такими «королями смеха» как Аркадий Аверченко, Саша Черный, Влас Дорошевич, Антон Чехов, Илья Ильф, Джером Клапка Джером, О. Генри и др.◦Не менее веселыми и задорными, нежели у классиков, являются включенные в книгу рассказы современных авторов — Михаила Блехмана и Семена Каминского. Также в сборник вошли смешные истории от «серьезных» писателей, к примеру Федора Достоевского и Леонида Андреева, чьи юмористические произведения остались практически неизвестны современному читателю.Тематика книги очень разнообразна: она включает массу комических случаев, приключившихся с деятелями культуры и журналистами, детишками и барышнями, бандитами, военными и бизнесменами, а также с простыми скромными обывателями. Читатель вволю посмеется над потешными инструкциями и советами, обучающими его искусству рекламы, пения и воспитанию подрастающего поколения.

Вацлав Вацлавович Воровский , Всеволод Михайлович Гаршин , Ефим Давидович Зозуля , Михаил Блехман , Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин

Проза / Классическая проза / Юмор / Юмористическая проза / Прочий юмор
Лира Орфея
Лира Орфея

Робертсон Дэвис — крупнейший канадский писатель, мастер сюжетных хитросплетений и загадок, один из лучших рассказчиков англоязычной литературы. Он попадал в шорт-лист Букера, под конец жизни чуть было не получил Нобелевскую премию, но, даже навеки оставшись в числе кандидатов, завоевал статус мирового классика. Его ставшая началом «канадского прорыва» в мировой литературе «Дептфордская трилогия» («Пятый персонаж», «Мантикора», «Мир чудес») уже хорошо известна российскому читателю, а теперь настал черед и «Корнишской трилогии». Открыли ее «Мятежные ангелы», продолжил роман «Что в костях заложено» (дошедший до букеровского короткого списка), а завершает «Лира Орфея».Под руководством Артура Корниша и его прекрасной жены Марии Магдалины Феотоки Фонд Корниша решается на небывало амбициозный проект: завершить неоконченную оперу Э. Т. А. Гофмана «Артур Британский, или Великодушный рогоносец». Великая сила искусства — или заложенных в самом сюжете архетипов — такова, что жизнь Марии, Артура и всех причастных к проекту начинает подражать событиям оперы. А из чистилища за всем этим наблюдает сам Гофман, в свое время написавший: «Лира Орфея открывает двери подземного мира», и наблюдает отнюдь не с праздным интересом…

Геннадий Николаевич Скобликов , Робертсон Дэвис

Проза / Классическая проза / Советская классическая проза