— Молока коровка дала, хлебца бабушка испекла, — улыбался Яков. — Понятно, где взял, — люди-то кругом есть!
Дни в лесу казались очень длинными. Выздоравливающий Илья чистил винтовку, задумывался, вздыхал.
Костя хмуро смотрел в огонь. Митя мучительно беспокоился за ребят и не знал, что предпринять. Раза два он пытался пробраться в село и оба раза чуть снова не попал в руки фашистов. Хата Степана Ильича стояла неподалёку от штаба, и пробраться туда незамеченным было невозможно.
У костра становилось всё печальнее.
Однажды Илья не выдержал.
— Долго так сидеть будем? — в упор спросил он Костю. — Я боец, мне спину греть нечего! — Он встряхнул начищенной до блеска винтовкой. — Мне до фронта пробираться надо!
— Тебе до фронта, а мне и здесь фронт. Враг по моей земле ходит, колхозное добро грабит. Мне некуда идти. Я за нашу землю и здесь постою, — отвечал Костя.
— До Красной Армии пробиваться надо! — упрямился Илья. — Кто нас тут держит? Встали да пошли! — Он смотрел на Митю: — Пошли, что ли?
Митя всей душой поддерживал Илью, но он не мог оставить ребят, не зная, что с ними и как они будут жить.
— Что мы друг друга держим? Разойдёмся коль кто куда! — настаивал Илья.
— Это как «кто куда»? — вскидывал голову Яков. — Кто под пулю, кто на верёвку, а кто и в яму живьём? Вместе надо действовать! Война — дело общее. Собирать людей надо, а не распускать по лесу в одиночку!
Илья замолкал, но споры не прекращались.
Митя решил пробраться к Коноплянко — узнать у него, что делается вокруг, расспросить о ребятах. Товарищи одобрили его решение. Кузнец проводил до опушки.
Ночь выдалась тёмная. Митя перешёл шоссе, потом свернул к реке. Раза два ему повстречались немецкие солдаты. Он спрятался в кустах, переждал…
В селе Ярыжки лаяли собаки. Митя пробрался огородами к хате Коноплянко. Тихонько постучал в окно.
Встретились они, как братья.
Разузнав подробно о ребятах, Митя обрисовал своих новых товарищей, положение в лесу:
— Сидим и не знаем, что делать. Споры начались.
Коноплянко взял его за руки:
— От жизни вы оторвались, а у нас она ключом кипит. Все на местах. Вот почитай… А я о вас кого надо в известность поставлю.
Он протянул Мите напечатанный на машинке листок. Митя бережно развернул его.
— Речь Сталина! — с волнением прошептал он, глядя на Коноплянко.
— Читай! — кивнул головой тот.
Митя стал читать.
Это было выступление товарища Сталина по радио 3 июля 1941 года. Речь товарища Сталина вдохновляла людей на борьбу с врагом, вселяла уверенность в победе. Она разрешала все сомнения и вопросы Мити и его товарищей.
Митя вскочил, обнял Коноплянко:
— Дай мне, дай мне это! Я товарищам отнесу! Ведь это всё, что надо!
Коноплянко отдал ему листок, проводил до реки. По дороге Митя ещё раз расспросил его о Ваське и ребятах.
— Хвалит их Матвеич: говорит — верные хлопцы! — сказал Коноплянко.
Митя, счастливый и гордый за своих пионеров, улыбался; торопился передать им хоть несколько слов.
— И ещё передай поклон от меня… — попросил он.
Прощаясь, Коноплянко напомнил:
— Значит, я о вас скажу. А вы с кузнецом послезавтра на старую мельницу приходите — там поговорим.
Митя вернулся под утро. Товарищи ждали его с нетерпением. Митя передал им свой разговор с Коноплянко, прочитал речь товарища Сталина.
Костя ликовал:
— Всё, что я думаю, Сталин завсегда знает! И ответ мне на мою думку подаёт!
Илья поднял вверх винтовку:
— Приказ есть приказ!
— Вот и не будете глядеть кто куда — сообща будем действовать! — сказал Яков.
…Митя вспомнил, как поздно вечером Костя попросил у него листок с речью товарища Сталина, как они долго искали его, пока Яков не шепнул им:
— Чего ищете зря? Он на самом правильном месте лежит — на груди у красноармейца.
Илья притворялся спящим…
Костя с Митей побывали на старой мельнице. С волнением слушали сводку Совинформбюро. Провожая их, Коноплянко сказал:
— Завтра в ночь на пасеку приходите. Нужный человек будет!
Митя поглядел на солнце. Лучи его золотили стволы деревьев, пробегали по траве, прятались в кустах.
«Время ехать!»
Он поднял с земли рюкзак, подозвал Гнедко. В последний раз оглянулся на поляну, где стоял когда-то лагерь. Больше сюда незачем было приезжать.
Чернела распотрошённая яма бывшей землянки, в ней уже не было запасов…
С высокой сосны сорвалась шишка и глухо стукнулась о пень.
Митя тронул коня.
НА СТРАЖЕ
— Тётя Оксана, мы пришли!
Оксана оглянулась, быстрым внимательным взглядом окинула вышедших из кустов мальчиков. Игнат, держа в руках кубанку, стоял рядом с Васьком. Серые глаза его под прямой линией сросшихся бровей глядели серьёзно и строго.
Оксана узнала Игната, с тёплой, материнской лаской погладила по плечу.
— Хорошего товарища привёл! — одобрительно кивнула она головой Ваську. — Умеешь выбирать.
— Я за всех ручаюсь! Может, ещё надо, так я живо…
— Не надо, — коротко оборвала Оксана и, всё ещё не снимая руки с плеча Игната, о чём-то задумалась.
Мальчики стояли не шевелясь. Сумерки уже спускались на пасеку; кусты вишняка становились темней, сквозь них белыми столбиками просвечивали стволы берёз.