Подписи не было, но анонимка заставила меня задуматься. И я, не медля ни минуты, послала курьера в Лондон к сэру Ричарду Мэйну, одному из двух комиссаров столичной полиции. Я знала, что он умеет хранить секреты, и попросила его расследовать, что именно происходит по вышеуказанному адресу, но так, чтобы по возможности не спугнуть заговорщиков. Ведь, если заговор действительно существовал, то хотелось вычислить всех его участников.
А сегодня я вернулась в Лондон, встретивший меня, как обычно, вонью, смогом и неистребимым запахом горелого угля – солнце я в последний раз перед возвращением увидела в нескольких милях от города. Настроение резко упало, и я пожалела, что так рано вернулась. В любом случае я вновь отправила человека к сэру Ричарду, чтобы узнать, нет ли новостей.
Но уже через десять минут дворецкий (увы, не Джон) объявил:
– Ваше величество, сэр Ричард Мэйн просит вас его принять!
– Рада вас видеть, сэр Ричард, – протянула я ему руку для поцелуя. – Даже трудно поверить, что вы прибыли так рано.
– Ваше величество, я узнал, что ваш поезд прибыл на вокзал Юстон, и поспешил к вам с докладом. Вот только… это не совсем то, чего вы боялись.
– Рассказывайте, сэр Ричард.
– Ваше величество, мои люди действительно установили, что третий виконт Пальмерстон и сэр Альфред практически ежедневно уединялись в указанном вами здании. Иногда даже два раза в день. Изредка к ним присоединялись другие люди, но, как правило, они были вдвоем. А сегодня с утра моим людям послышались стоны, доносившиеся из здания. Хотя их пытался остановить тамошний дворецкий, мои оперативники приняли решение проверить, что же там происходит. Я считаю, что решение было принято правильно, если учесть все обстоятельства.
– Продолжайте, сэр Ричард.
– Так вот, они нашли виконта и сэра Альфреда в… постели. Было достаточно тепло, и они… не пользовались одеялами, несмотря на то что оба были обнажены. И застали их
– Даже так… Что ж, сэр Ричард, я вам очень благодарна за эту информацию. А что ваши люди сделали с самими… действующими лицами?
– Они побоялись их арестовать, хотя подобные действия подпадают под действия Акта о преступлениях против личности 1828 года, согласно которому они караются повешением за шею виновного, пока он не умрет.
Я задумалась. Я возненавидела содомитов, когда у меня появились причины подозревать своего мужа в подобного рода увеселениях. И, несмотря на любые их заслуги, я больше не желала видеть этих двух ублюдков в Лондоне. Вешать их я бы не стала, но политическая карьера их должна закончилась навсегда.
– Ваши люди поступили правильно, – сказала я сэру Ричарду. – Все-таки виконт является – пока еще является – премьер-министром нашего королевства. Ну что ж… я так понимаю, что вашим оперативникам можно полностью доверять.
– Именно так, ваше величество, постольку, поскольку вообще можно кому-либо доверять полностью. Иначе я бы отправил других.
– Спасибо, сэр Ричард. Прошу вас послать этих людей по адресам, где проживают оба содомита, и доставить их ко мне.
– Ваше величество, насколько мне только что стало известно, они вновь направились по тому же адресу.
– Даже так… ну что ж, доставьте их сюда в том виде, в котором вы их там найдете.
Примерно через час оба виновных, завернутых в одеяла, были приведены ко мне. При этом Пальмерстон грозно орал на тех, кто его ко мне вел, угрожая им самыми страшными карами. Но, когда они перешагнули порог, я приказала:
– Снимите с них одеяла!
Нагие их тела ничего, кроме омерзения, не вызывали. Я пристально посмотрела на них, а потом отчеканила:
– Джентльмены, вам, я надеюсь, известно, что подобные действия караются смертью через повешение. Даже если виновные – дворяне.
– Но, ваше величество, – взмолился Спенсер-Черчилль, – мы всего лишь…
– Это только если суд так решит, – неожиданно взорвался Пальмерстон.
– Суд? Будет вам суд. Насколько мне известно, имеются четыре свидетеля вашим богомерзким действиям. Причем дважды. И этого будет достаточно. Отведите их в Тауэр – в том виде, в котором вы их доставили сюда.
– Ваше величество, – Пальмерстон, похоже, наконец-то сообразил, как нужно себя вести. – Умоляю вас, простите нас! Бес попутал!