Вайс говорил, что Этель изменилась, а еще о том, что королева делила постель с кремниевым драконом. Эрику предстояло убедиться, было ли хоть что-то из этого правдой.
Он увидел вершину издали. Ровное пространство, лишенное растительности. Увидел темные подпалины от костровищ, но даже воткнутые в землю палки от факелов – не горели. Значит, Этель еще не прибыла.
Эрик приземлился первым, испытывая странные чувства. Словно пытался войти дважды в ту же реку, вот только детство явно нельзя было вернуть, как и повернуть вспять Время.
Не разжигая огней, он подошел к обрыву. Облака ползли низко, но где-то вдали он видел оранжевые всполохи, мелькавшие среди деревьев. Может быть, лагерь королевы. Кажется, отсюда в хороший день были видны красные макушки белоствольных кленов.
Его дракон вдруг расправил крылья и протяжно зарычал, и только после в небе послышались гулкие удары крыльев. К ним приближался дракон.
Эрик смотрел, как растет темное пятно, а после как изящно скользят широкие сильные крылья. Как играют мышцы в огромном теле. Может быть, если бы Вайс и сам был драконом, он бы тоже понял, насколько уродливые его собственные творения.
Словно красуясь, дракон промчался на низком полете практически над головой Эрика. Стихийный дракон ощетинился, наросты на шее встали дыбом.
Дракон королевы подпалил облака огненным всполохом, а после развернулся и пошел на снижение.
Ярко-багряный дракон идеально приземлился на самый край обрыва, сложил крылья и опустил голову, позволяя соскользнуть на землю королеве.
Сначала Эрик увидел голые ноги в золотых сандалиях, обвивавших тонкие щиколотки. Этель выпрямилась, расправляя длинную юбку из тончайшего красного шелка, которую во время полета она заправила за золотой ремешок на поясе. Два высоких выреза все равно практически не оставляли места для воображения, обнажая ее ноги до самой середины бедер, которые стали более округлыми, чем он запомнил их.
Как и ее грудь в глубоком вырезе.
Сойдя на землю, Этель щелкнула пальцами, и все факелы, воткнутые в землю, вспыхнули разом. Как и высокий костер по центру.
Огненно-рыжие локоны, достигавшие талии, взметнулись как самые настоящие языки пламени, когда дракон из огненной стаи снова ударил крыльями и опять поднялся в воздух. Легкий шелк юбки тоже взметнулся, подчеркивая и без того невероятное тело. Изящное, женственное и чувственное.
Этель смотрела на него прямо, как и полагалось королеве. Она не сделала и шага к нему навстречу. Эрик тоже остался стоять там, где стоял. Чуть в стороне от своего дракона. Ветер трепал волосы, но Этель не ежилась и не мерзла из-за голых плеч и откровенного платья. Огонь был у нее в крови.
– После стольких лет разлуки встречаешь меня словно врага, – медленно произнесла она. – А еще идешь войной на родной дом… Ты изменился, буревестник.
– Оставь подобные лозунги для своих подданных. Чертог давно перестал быть моим домом, Этель. Ты прекрасно это знаешь.
– Разве? Земля под Чертогом до сих пор пропитана твоей магией, буревестник. Я только сижу на Троне в чужих землях, из-за чего, благодаря действиям твоего Вайса, все еще выгляжу захватчицей.
– Я пришел сюда не для того, чтобы говорить о Вайсе.
– Неужели? Тогда прости, что у меня не получается забыть об армии, которая движется к Чертогу. И собирается убить меня.
Она добилась этого – Эрик первым сделал несколько шагов к ней, когда воскликнул:
– Никто не собирается убивать тебя, Этель!… – а после добавил тише: – Я не допущу этого.
– Хочешь, чтобы я тебе поверила? Ты обещал мне никогда не возвращаться. Обещал не навредить. Но вот ты здесь, позади тебя уродливый стихийный дракон, а на тебе точная копия отцовских доспехов. Ты уже нарушил свое слово, Эрик, как же я могу верить тебе?
– Я встретил свою истинную, Этель.
Зеленые глаза расширились, а после Этель впервые за это время моргнула. Отвела глаза в сторону и поджала ярко-красные губы.
– Так ты идешь в Чертог, чтобы вернуть себе крылья? – спросила она с ухмылкой. – Я ведь не знала, что ты тоже хочешь участвовать в Ритуале. Может быть, это Макон не так понял твои намерения, когда сообщил мне, что ты сбежал с чужестранкой?
– Что?… Я не собираюсь убивать ее ради крыльев! Как ты могла подумать такое?…
Она шевельнула плечами, все еще глядя куда-то в сторону. А потом резко перевела на него глаза, и он увидел, что в ее глазах стояли слезы.
– А я должна была порадовать за тебя, буревестник? Правда?! Еще и поздравить, может быть?! Пожелать счастья? Ты безумец, Эрик, если так считаешь! Все эти годы… Я так надеялась, что однажды смогу почувствовать хоть что-то к другому мужчине!… Но ни один из них, Эрик, ни один не похож на тебя.
– Мне очень жаль.
– Думаешь, мне нужна твоя жалость?