Она смотрела с холста со спокойной нежностью, а рядом сверкали капли воды на темно-зеленых немыслимых листьях, которых наверняка не бывает в природе. И она сама, и эти листья, и капли воды там, в сказке на холсте, были такими прекрасными, какой никогда не бывает действительность, но отчего-то казались вполне реальными.
– Здорово! – повторил Дробышев.
– Спасибо, – выдохнула Таня и с благодарностью посмотрела на Вадима.
Потом они с Вадимом пили вино, а Дробышев не пил, потому что за рулем.
И только когда Вадим заворачивал холст в оберточную бумагу, он неожиданно спросил:
– Знаете, что Влада?..
– Знаем, – ответил Степан.
– Мне ее жалко, – сказала Таня.
– А мне нет! – отрезал художник. – Она сама выбрала свой путь.
По дороге домой Таня заметила первые одуванчики. В последние годы одуванчиков было мало, траву постоянно косили, и они не успевали вырасти.
Смотреть на желтые пятна было приятно, и Таня проводила их взглядом.