Читаем Вестник в Новороссии (СИ) полностью

— Вы шутите? — спросила Софья.

— Ничуть, мы вместе с ним ходили по горам и брали штурмом аул Смельчак каких мало.

— Вадим, вы нас не обманываете? — с ноткой подозрительности спросила подруга.

— Ничуть, — Вадим положил руку на сердце, — говорю как обладатель золотого оружия за смелость. Я поклялся отомстить за смерть Михаила Юрьевича и почти добрался до предателя Мартынова, но черкесская пуля.

Он закончил говорить опустил голову, прежде чем загладил волосы и протянул руку:

— Позволите пригласить вас на танец?

Софья захлопала глазами, не ожидав приглашения. Собраться помогла подруга, которая потянулась к Вадиму, чтобы принять приглашение вместо Софьи.

— Конечно! Буду рада.

Для танца они вышли на свежий воздух в сопровождении завистливых взглядов. Семнадцатилетняя Софья прикусила губу. Даже сквозь перчатки она чувствовала хорошую материю фрака. А манера Вадим вести была плавной, словно убаюкивающей. Софья не заметила как прижалась щекой к его плечу. Под мягкостью танца скрывалась твёрдость, словно он сдерживался, чтобы не сломать ее. Софья улыбнулась мыслям: «Это же какой силой должен обладать человек, чтобы бояться кого-то сломать?».

* * *

В поместье на краю города он возвращался под утро. Вадим сидел у окна, на горизонте появились первые намёки на рассвет.

— О чем задумался? — спросил Захарченко. Он весь вечер отвлекал свиту Воронцова, чтобы Вадим мог спокойно поговорить с губернатором.

— Думаю о том, что сегодня я не покажу Воронцову суда. Засиделись до поздно, проснётся он к обеду, после обеда будет уже лень ехать в порт. Так что надо будет предупредить моряков.

Захарченко слушал это со скучающим видом. Он снял перчатки и достал сигарету, чтобы закурить.

— Вот смотрю я на тебя и чувствую себя уставшим. Я то понадеялся, что это от девочки так тебя проняло.

— Софьи? — Вадим угадал мысль Захарченко, — Милая девушка. Пусть и очень наивная.

— Я думаю, что это твой фасон, — хмыкнул Захарченко и чиркнул спичкой.

— Михаил, не кури в моем экипаже, — послышался голос Егеря. Он открыл маленькое окошко, чтобы говорить, — как потом господин будет возить дам, если ты внутри все прокуришь?

Захарченко задул спичку и осведомился:

— Это с каких же пор, нам стало важно, накурено в салоне или нет?

— С тех самых, как Егерь поменял обивку, — Вадим положил на колени новую подушку.

— Ладно, что у нас нельзя менять шкуру, а то бы жены тоже меняли обивку, если эту прокурили, — пробормотал Захарченко и замолчал, обдумывая не нарушил ли он какие-то внутренние границы связанные с его Марией. Его траур плавно перешел в тихую печаль полную черного юмора. Вадиму только и оставалось, что подкидывать работу, да позволять другу выпускать пар.

* * *

26 августа 1842 года.


Генерал-губернатор Воронцов с новой набережной смотрел за отправкой первого строительного груза на новом бетонном судне. Оно дойдет до Керчи и обратно за новым грузом. В дальнейшем же суда будут ходить от Мариуполя прямо по Кубани к крепостям. Вадим уже заложил плавучие причалы из бетона и бетонные баржи.

С первыми поставками паровых машин удалось оснастить юркие буксиры, которые построили из заготовок Кавалотти. Борта пришлось обшить набитыми мешками, чтобы смягчить удары при работе с кораблями, но затея уже оправдала себя. Пара винтов позволяла буксирам курировать между деревянными кораблями со спущенными парусами и помогать им причаливать, заменяя гребцов на лодках, которые обычно на тросах тянули корабли. Из Ростова-на-дону пришел заказ на десяток таких кораблей, после того, как пара торговцев увидела буксиры в деле. И Вадим и Кавалотти были уверены, что это только начало, поэтому приказали готовить новые экипажи, разослав приглашения.

Бетонный баркас выглядел странно. Белый как кость слога* он не спеша разрезал волны пока набирал скорость. Вадим только начал подогревать интерес к необычным кораблям, как уже задумался о расширении бетонного завода. Открытие рядом месторождений глины позволяли получить интересный результат, а именно супербетон. С почти идеальной структурой он становился материалом будущего. Степень значимость его рецепта Вадим бы пожалуй сравнил с «десятью страницами боли». Где одни позволяли распределить людей по наклонностям, эмоциональному и логическому интеллекту, потаенным проблемам и особенностям черт, тогда как другой позволял получить бетон с прочностью стали.

Вадим видел мир, где этому материалу чуть ли не поклонялись, соединив Африку и Европу железнодорожным мостом через Гибралтар. Людям там пришлось совершить серию инженерных чудес, но и мотивация у них была: север Европы почти полностью затопило. Им даже пришлось закрывать Балтику, чтобы уберечь города.

И вот первое судно груженное цементом отправилось в путь под громкие возгласы рабочих верфи и любопытных горожан. Не каждый день в море выпускали плавающий камень.

Перейти на страницу:
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже