Девочка стрелой вылетела из бочки, уставилась на Джая, недоверчиво потрогала его волосы, пристально посмотрела в глаза. Она оказалась довольно высокой – доходила Джаю до груди, тонкой и гибкой, из-за коротких неровно остриженных волос и нелепой одежонки походила больше на мальчишку. Ей было двенадцать лет, мать оставила ее в трехлетнем возрасте не здесь… не в этом городе, девочка поскиталась по грязным улицам не одного поселения, пока не приехала, спрятавшись в большой дужке под телегой в Транас. Эту информацию Джай собрал воедино из тех немногочисленных картин, которые показал ему Дар Пророка, побуждая отправиться в этот город, заглянуть в эту бочку и исцелить эту девочку. Самое трудное было впереди – решить, что делать с ней дальше? Дар молчал. Не оставлять же здесь!
- Ты? Астри Масэнэсс? А не врешь? Что-то не больно ты похож на Мастера Силы! Больше на торгаша смахиваешь!
- Ну, я же не говорю, что ты на мальчишку смахиваешь!
Она прищурилась:
- А я и есть мальчишка!
- Глупости – ты девочка.
- Что ты делал, когда я была без сознания?! – испугалась она.
- Не бойся, я к тебе и пальцем не притронулся. Не знаешь, отчего тебе вдруг стало лучше? Ты же минуту назад была на последнем издыхании?
Она повела плечиками и насупилась.
- Я тебя исцелил!
- А говоришь – пальцем не дотрагивался!
- А для чего мне дотрагиваться? Мне достаточно протянуть руки, контакт с телом больного здесь не нужен. К тому же в эту твою бочку не так-то просто влезть взрослому мужчине, тем более, что на страже у тебя… - он взмахнул рукой, рубанув воздухом по основанию колючки, достававшей его во время исцеления, - роскошный сорняк повалился на бок, - репьяхи с мой кулак!
- И зачем? – взвизгнула девочка. – Зачем ты моего охранника?.. Да… и как?.. – ей дошло, что до сорняка Джай тоже не дотрагивался, а тот упал.
- Еще не веришь, что я Астри Масэнэсс?
- С трудом…
- Подумай, кто еще стал бы тебя исцелять бесплатно?
- А я откуда знаю, что бесплатно? Может ты сейчас…
- Что? Бочку твою у тебя отберу? Или одежонку? А может пса? Из всего твоего добра, разве что пес стоит какой искры.
- Не прикидывайся… Цену разную можно взять, - исцеленная умирающая осмелела и обнаглела, решив, видимо, спорить с Джаем до упора. – Мне, знаешь, что частенько предлагали, пока я не стала под мальчишку одеваться? А еще хотели меня саму продать! Говорят, покупают таких, как я, охотно! Заставляют потом всю жизнь работать за краюху хлеба! А я - птица вольная!
- Работать, значит, не любишь?
- А ты, значит, любишь?
- Есть хочешь, Пискля?
Она недоверчиво посмотрела на него, сурово сдвинула брови:
- Сразу говори, чего тебе от меня нужно! А то знаю я таких, накормят, напоят, а потом лезут... лапами своими грязными…
- Тебе ж только двенадцать! – «Есть же на свете извращенцы!»
- Хватает… охочих…
- Я не из таких. Хочешь? Огонек тебе подарю?
Девочка широко распахнула большие черные глаза:
- Хочу! Давай!
Джай повел пальцами, и небольшой самый обычный Перл Огненосца поплыл по воздуху к Пискле. Та схватила его, завизжала, будто он жег ей руки, радостно затопотала ногами.
- Что это? – восторженно спросила она, зажав перл в ладошках. – Я думала ты о монетке говоришь… Вот, думаю, добряк какой нашелся, серебряный огонек хочет дать! Но эта штуковина лучше! Тепленькая! А когда она погаснет? А если ее водой полить? А если в бочку под подстилку сунуть? Не загорится? А…
- Не загорится. Не потухнет от воды, - отвечал Джай в обратном порядке на шквал вопросов. – Не погаснет никогда.
- Вот так-так! Вот так чудо!
- Ты знаешь, что должна была сегодня умереть?
Девочка стала серьезной:
- Знаю. Ты меня спас, спасибо… - это прозвучало не очень-то приветливо, она говорила с опущенной головой, снова нахмурившись.
- Так я воспользуюсь правом спасителя?
Девочка застыла, стала какой-то колючей, опасливой, настороженной:
- Что за право? А говорил – не такой…
- Право дать тебе имя! – рассмеялся Джай. – А то – Пискля… не очень как-то… Но другого имени у тебя ведь нет? Так?
- Нет… - сдулась она, ссутулившись, расслабившись, - Мамаша поскупилась… имя мне дать…
- Будешь Оелла!
- Что за Оелла? Не слышала про такое имя!
- Это на древнем языке междуморцев – огонек. Вот как тот, что я тебе дал.
- Огонек! – девочка повеселела. – Пожалуй, пойдет… Оелла… Оелла. Оелла! Оелла…
Она повторила свое новое имя еще раз двадцать, то ли смакуя его звучание, то ли просто запоминая, чтобы не забыть.
- Ну что? Пошли, накормлю тебя, одежонку тебе справим и подумаем, что с тобой делать…
Джай протянул руку, и девочка, поколебавшись мгновение, вложила грязную ладошку в его раскрытую ладонь.
- А как ты узнал?
- Что?
- Ну, что я в бочке… что мне… плохо…
- Я же Астри Масэнэсс, Оелла!
2