В первый же год существования Общества начались и научные поездки. Летом 1884 г. учитель В. П. Маргаритов, раскапывая так называемые «кухонные остатки» на полуострове Янковского, близ устья р. Сидеми, сделал сенсационное открытие, которое вошло позднее во все научные труды по археологии. А деньги на публикацию результатов экспедиции Маргаритова дал Ю. И. Бринер. Известный коммерсант имел в том месте загородный дом, и сам давно заинтересовался ракушками, в изобилии разбросанными по полуострову.
Вскоре в Обществе стали накапливаться научные коллекции, пополнялась библиотека. Ее первые 63 книги были получены в дар от членов нового Общества, и в дальнейшем эта добрая традиция сохранилась. Тоненький ручеек познания края стал постепенно расширяться и в 1885 г. уже не мог остаться незамеченным большинством образованных горожан. Члены ОИАК считали своей задачей не только совершать экспедиции, но и делать доклады о проведенных исследованиях перед широкой публикой. Всего за год было прочитано четыре основных доклада. 4 апреля 1885 г., например, В. П. Маргаритов доложил о результатах работ на полуострове Янковского. 20 ноября первый гражданский житель купец Я. Л. Семенов прочел интересный доклад о промысле морской капусты на острове Сахалин. Большим энтузиастом Общества изучения Амурского края стал подполковник Генерального штаба Иван Павлович Надаров. По своим научным интересам он очень походил на Н. М. Пржевальского. Как и его знаменитый коллега, он попутно с военными делами интересовался жизнью коренных народностей. Этой теме офицер посвятил несколько интересных докладов, в том числе о производстве китайской водки ханшин и об инородческом населении Приморья.
Все эти доклады были с восторгом приняты слушателями, причем сообщение Семенова сразу же было отпечатано в виде небольшой брошюры, а к докладу Маргаритова были выгравированы карты. Сообщения Надарова также были отправлены в типографию газеты «Владивосток». Кстати, редактор газеты Соллогуб не взял за их издание ни копейки, а только попросил оплатить расходные материалы.
Музей, которым продолжал заведовать В. П. Маргаритов, постепенно пополнялся экспонатами, и вскоре витрина и комод, выполненные на заказ, перестали вмещать все коллекции. Не выручили и два дополнительно изготовленных переносных шкафа. В одном из них находились инородческие костюмы, в другом — археологические коллекции. Поэтому крупные экспонаты пришлось подвесить к потолку и разместить по стенам на такой высоте, чтобы до них не могли дотянуться любопытные ученики прогимназии.
Размещение коллекций было самым больным вопросом для Маргаритова. «Обращаясь к существу музея, — отмечалось в отчете Общества, — то есть к его коллекциям, распорядительный комитет счастлив возможностью указать на весьма богатое приращение. Предметы приносились в дар как отдельными экземплярами иногда простыми людьми, так и подобранными коллекциями». А люди несли и несли в дар бесценные экспонаты. Во время плавания в Беринговом море шкипер шхуны «Сибирь» Фридольф Гек в свободное время собрал прекрасную коллекцию бытовых предметов чукчей, коряков и эскимосов. Всего он передал музею 224 экземпляра. И. П. Надаров во время рекогносцировочных путешествий по реке Уссури собрал 88 предметов обихода орочей. Хорошую коллекцию морских губок и предметов культа айнов привез с Сахалина купец Я. Л. Семенов. Моряки клипера «Крейсер» привезли из плавания зоологическую коллекцию, а офицеры клипера «Джигит» передали 5 предметов из быта орочей. Михайловский и Буссе произвели раскопки уникального кургана в Никольск-Уссурийском, и их археологическая коллекция тоже легла на полку музея. Маргаритову приходилось все свое свободное время проводить в музее, чистя коллекции, вываривая черепа животных и заспиртовывая экспонаты.
Продолжала пополняться и библиотека Общества. Регулярно приходили посылки из Санкт-Петербурга, Москвы, Новороссийска, Иркутска и других городов, в которых, прослышав об учреждении нового общества на берегах Тихого океана, сразу же захотели осуществлять научный обмен. Общество изучения Амурского края не оставалось в долгу. В Санкт-Петербургский университет был отправлен гербарий морской флоры Шантарских островов и небольшая археологическая коллекция. Ушли посылки в Новороссийский университет и в Московское общество естествоиспытателей. Бремя почтовых расходов было бы непомерным для молодого Общества, если бы не помощь агента Добровольного флота В. А. Терентьева, который за свой счет отправил все посылки в Европу.