– Что он здесь забыл, – фыркнул Кербик, не скрывая отвращения. – До коронации еще десять дней! – Он подошел к краю стола и тучно опустился на стул, мысленно понимая, что день как-то не задался. Маг принес с собой чашу вина, которую Кербик собирался опустошить, но Барлоу насторожил его новостью, и он решил повременить с выпивкой. Норлы ему никогда не нравились, так же, как и азгорцы, и он ничего с этим не мог поделать, однако показывать свою слабость перед ними он не хотел.
– Точно не знаю, – ответил спокойный умиротворенный голос мага и у Кербика опять побежали мурашки. Но он взял себя в руки. – Он хочет что-то тебе предложить. – На лице Барлоу не отображалось никаких эмоций, Кербик уже давно привык к этому. Однако он даже представить себе не мог, что может предложить ему норл, император, с которым кроме торговых отношений и официального общения у него не было никаких дел. Это заинтриговало его, но перед магом Кербик пытался не показывать эмоций несмотря на то, что знал, как Барлоу может видеть его насквозь. – Он предложит тебе то, от чего ты должен будешь отказаться, – продолжил маг. – Иначе Мии лишит тебя престола. – Барлоу говорил загадками и Кербик начинал тревожиться.
– Этот синий слизняк сможет свергнуть меня? – удивился Кербик. – Это маловероятно.
– То, что он предложит тебе, обрати против него. – Продолжил Барлоу в своей манере. Только сейчас Кербик понял, что маг тоже встревожен. Ему вдруг стало как-то сыро и неуютно. Маг нагнал жути, и император встал с чашей вина из-за стола направляясь к камину. Жар огня овил его тело теплом, но он даже не заметил этого. В голове застряла последняя фраза мага, из-за которой он забыл, зачем вызвал его к себе. Между Элией и Атоном никогда не было раздоров, не считая одной единственной войны, которая произошла еще до того, как боги возвеличили их до высших. Более того, эти страны вели активный торг друг с другом. С чего это норлам неожиданно вздумалось замышлять что-то против элианцев?
Вдоволь впитав жар пламени, Кербик повернулся к магу и вновь подошел к столу. Тот сидел молча и словно пребывал в трансе. Вроде он находился здесь, но присмотревшись внимательней можно было заметить, что Барлоу смотрит не на стол, а сквозь него. Веки глаз застыли и не двигались, как и черные зрачки. Сам маг тоже сидел смирно, даже не пытаясь пошевелиться.
Вдруг послышался громкий стук, и тут же ворота зала бесцеремонно распахнулись. В проеме ворот стоял посыльный, держа в руке сверток, и дожидаясь, когда император даст ему добро войти. Кербик махнул ему, зазывая к себе. Посыльный направился метровыми шагами по полупустому залу, отчеканивая каждый шаг звонким звуком каблуков своих блестящих черных сапог. Подойдя к императору на расстояние вытянутой руки, он упал на колени и протянул ему сверток. Кербик взял его и начал рассматривать. Послание было запечатано печатью Мии. «Началось» – подумал он и развернул сверток.
Кербик отдал сверток магу, а посланнику сказал:
– Передайте Мии, я буду на ужине. – Парень встал с колен, поклонился и направился к выходу. – Посмотрим, что Мии может мне предложить. – Сказал Кербик, провожая взглядом его до ворот. И он, и маг понимали, что отказывать Мии означало лишь оказание недоверия к их народу, и испортило бы репутацию Великого императора Кербика. А допустить этого они не могли себе позволить.
– Будь осторожен, – предостерег маг. – Норлы могут быть очень убедительны. Если нужно, я пойду с тобой. – Кербик по голосу понял, что маг желает этого даже меньше, чем он сам.
– Нет. У меня к тебе важное поручение, – вспомнил вдруг он, зачем вызвал к себе мага. – Деррик уже везет посох всевластия и скоро будет у Пепельных врат. Встретишь его на другой стороне и привезешь мне посох. С норлами я разберусь сам.
– Посох не у тебя? – Маг, казалось, удивился, но лицо по-прежнему не выражало эмоций.
Кербик сморщился, что-то перетирая в голове и не ответил ему. Барлоу встал из-за стола и поклонившись вышел, оставляя императора наедине с самим собой.