Читаем Властелин мира (СИ) полностью

В следующие двадцать минут Павел посмотрел под микроскопом самые различные предметы. И убедился, что микроскоп, - это не просто более мощная лупа. Это что-то гораздо большее.

Как выглядели предметы под лупой? Так же, как и без неё, - только более крупными. А вот под микроскопом большинство из них выглядели непривычно и даже иногда таинственно.

Щепотка песка казалась грудой полупрозрачных камешков. Уголок носового платка - плотной рыбацкой сетью. Маленькая монетка - древнеегипетским барельефом. А цветной рисунок на почтовой марке распадался на непонятный узор из цветных пятнышек и чёрточек.

- Ну что, нравится новая игрушка? - c улыбкой спросил отец.

- Очень! - с восторгом ответил Павел.

Он даже не догадывался, насколько эта находка перевернёт всю его жизнь.




Часть первая. Мечты начинают сбываться



Глава первая. Волшебный микромир


Вечером отец перетащил в летний домик легкий столик, четыре стула и две маленькие тумбочки.

Можно было считать, что временное переселение состоялось.

Двухъярусные спальные места в домике были стационарными. Два вверху и два внизу. Отец называл их полатями. Мама резонно замечала, что полати прилагаются к русской печке. А раз печки нет - значит, надо какое-то другое название употреблять. Например, 'лежанки'.

Лена иронично называла их 'нарами'. Родители против такого наименования возражали - из-за двусмысленных ассоциаций. На это дочка отвечала, что её вариант - формально самый точный.

А что Павел? C одной стороны, он говорил, что считает дискуссию бессмысленной. С другой стороны, сам включился в неё, придумав ироничное наименование 'лежбища'.

Впрочем, название значения не имели. Важно было, что спальные места были встроенными и тащить кровати из дому было не нужно.


Места распределили просто: мужчины - вверху, женщины - внизу. Мама, правда, выразила опасение, что кто-то ночью может свалиться вниз. На это отец ей напомнил, что такую опасность предусмотрел. И показал ей простые и надёжные ограничители, которые ночное падение полностью исключают.

Быстро поужинав, все легли спать.

Вопреки опасениям, заснули очень быстро. Во-первых, все сильно устали. И лежбища, вопреки опасениям, оказались очень удобными.


На следующий день Павел проснулся раньше всех.

Вчера он так толком и не рассмотрел своё спальное место. Поэтому решил это сделать теперь.

Справа от него были ошкуренные доски, пахнущие лесом. Слева - доска-ограничитель, тянущаяся почти по всей длине - от пяток до груди. У ограничителя было две функции. Главная - не дать свалиться вниз спящему человеку. И дополнительная - препятствовать сползанию матраса и одеяла.

Ограничитель был жутко экономичной штукой. Именно благодаря ему лежанки можно было сделать узкими - без какого-либо ущерба для безопасности и комфорта.

Поскольку около головы ограничителя не было, с лежанки было всё очень хорошо видно. Мама и папа спали. Павел заглянул вниз. Лена тоже лежала с закрытыми глазами, улыбаясь чему-то во сне.

Что делать в этой ситуации: вставать или чуть-чуть полежать?

Размышляя об этом, Павел и не заметил, как опять заснул.


Проснулся он от лёгкого прикосновения к плечу:

- Вставай, сынок! Уже все проснулись. Завтрак скоро!

В первую секунду Павел не мог понять, где он находится. А потом вспомнил всё. И про летний домик, и про ремонт, и про разбор мусора.

Какой муторный и беспокойный день начинается!

Судя о всему, эта мысль слишком явно отразилась на его лице, потому что отец внезапно улыбнулся:

- Да не переживай так! Смотри на вещи философски! Впереди скучное утро и скучный день. Зато вечер интересный - мы опять микроскопом займёмся. Ведь я тебе ещё не всё рассказал!

Павел улыбнулся. Действительно, всё не так плохо!

И он, откинув одеяло, опустил вниз доску-ограничитель и ловко слез вниз.


Завтрак прошёл очень быстро. После него вся семья сразу же принялась за работу.

Часа через два Павел почувствовал, что как-то втянулся. Было уже не так скучно. Наоборот, появился азарт: что за интересные вещи ещё будут найдены?

И ожидания оправдались. Под кипой старых газет была найдена ещё одна коробка с детским микроскопом.


Отец осторожно заглянул в коробку и вздохнул:

- Да, этот сломан.

Оказывается, микроскоп, купленный первым, отец в своё время (когда был ещё маленьким мальчиком) быстро сломал. Очень просто - разобрал и не сумел собрать.

Потом ему подарили второй - и к нему он уже относился гораздо бережнее.

Так что вчера они нашли именно второй - целый. А только что найденный был первым - сломанным.

- Мы не будем выбрасывать этот микроскоп, - задумчиво произнёс отец. - Пусть остаётся на запчасти. А тот, который целый, ты всё равно береги! И без лишней надобности не разбирай.


Больше ничего интересного они в тот день не нашли. Кое-что полезное было - но так, всякая мелочь.

А после ужина отец и сын снова устроились за чайным столиком, на который был поставлен микроскоп.

Наконец наступил момент, которого Павел ждал целый день...


Оказывается, вчера отец ещё не всё ему рассказал.

Вот, например, увеличение микроскопа. Оказывается, его можно менять.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза
Отверженные
Отверженные

Великий французский писатель Виктор Гюго — один из самых ярких представителей прогрессивно-романтической литературы XIX века. Вот уже более ста лет во всем мире зачитываются его блестящими романами, со сцен театров не сходят его драмы. В данном томе представлен один из лучших романов Гюго — «Отверженные». Это громадная эпопея, представляющая целую энциклопедию французской жизни начала XIX века. Сюжет романа чрезвычайно увлекателен, судьбы его героев удивительно связаны между собой неожиданными и таинственными узами. Его основная идея — это путь от зла к добру, моральное совершенствование как средство преобразования жизни.Перевод под редакцией Анатолия Корнелиевича Виноградова (1931).

Виктор Гюго , Вячеслав Александрович Егоров , Джордж Оливер Смит , Лаванда Риз , Марина Колесова , Оксана Сергеевна Головина

Классическая проза / Классическая проза ХIX века / Историческая литература / Образование и наука / Проза