В башке настойчиво бьется мысль, что нельзя вот так. Что мышка под кайфом, и я хотел не так. Хотел, чтобы она просила, да. Но чтобы сделала это сама.
Злость на того, кто сделал с ней это, слегка отрезвляет.
И вовремя!
Нелли вдруг решает перейти на новый уровень — дотягивается до моего ремня и пытается тот расстегнуть. Хитрая застежка не поддается, но Умарова — девочка упорная. Приходится перехватить ее шустрые ладошки.
— Ты же сам хотел, — недовольно всхлипывает она, потираясь об меня грудью.
Если я прав в том, что именно ей подсыпали, то сейчас детка чертовски мучается от дикого возбуждения. Вот только…
Раздается тактичный стук, и после дверь распахивается. На пороге Костя. Смотрит на нас и скалится.
С трудом отрываюсь от Нелли, понимая, что это уже переходит разумные границы. Что ж меня так клинит-то на ней?
— Ну что?
— Камер нет, — коротко отвечает он. — Я же тебе говорил. Но бармен вспомнил, что вроде рядом с ней крутился какой-то хрен в маске. Кажется, новенький. Мог что-то успеть в сок ей бахнуть, когда тот отвернулся.
— Сука, — цежу. — Где этот смертник?
Титов тут же перехватывает меня.
— Миш, не здесь. Потом узнаем. Сейчас у тебя проблема поважнее.
Он кивает в сторону Нелли, которая свернулась на постели в позу эмбриона и тихо постанывает.
— Черт, — выдыхаю. — Ладно. Спасибо.
Бросаю на друга цепкий взгляд, и тот без слов понимает меня.
— Да не трогал я ее. Не горю желанием огребать от тебя.
— Ага, — киваю, слегка успокаиваясь.
— Ты ж вон поплыл, Мишань.
— За языком следи, — тут же огрызаюсь.
Титов ржет, но в итоге машет рукой и уходит. Понимаю, что не спросил, как он тут вообще оказался именно сегодня, но плевать.
Беру мышку на руки, она жмется ко мне ближе. Выхожу в коридор, где нас ловит парень, встречающий гостей. Вопросительно смотрит, но быстро понимает все без слов. Мою маску забирает сам, ту, что на Нелли, не трогает. И правильно.
На улице уже довольно прохладно. Наверняка для мышки все ощущается сейчас особенно остро.
— Потерпи, детка. Сейчас, — говорю ей, ставя на ноги возле машины.
Наконец, усадив свою спутницу и пристегнув ремень, обхожу авто и сажусь за руль.
Нелли сидит, прикрыв глаза. Что ж, не самый плохой вариант. Выезжаю с парковки, а сам между тем задаюсь простым вопросом — какого я не воспользовался ситуацией? Я не чистоплюй, и бывали у меня ситуации и покруче с девушками. Ни разу я не тормознул, решив, что каждый сам отвечает за свои решения. Трахал и тех, кто был под кайфом, чего уж.
Но с Нелли хотелось иначе.
Странное, непонятное ощущение в груди не дает покоя, пока едем в сторону моего дома. Я слишком сильно погружаюсь в мысли и упускаю момент, когда слышу щелчок. Поворачиваюсь и охереваю — Нелли отстегнула ремень, а теперь тянется ко мне.
— Миша, поцелуй меня, а?
— Нелли, пристегнись. Мы едем на приличной скорости, — строго говорю, но она, похоже, ничего не соображает. Тянется ко мне. Приходится уворачиваться, и машина резко виляет. Сзади тут же сигналят.
Матерюсь в голос уже. Отодвигаю рукой свою неугомонную мышку, а сам сворачиваю при первой же возможности в парковочный карман.
Ловлю взгляд Нелли и понимаю — она на пределе. Похоже, дозу ей вкатили лошадиную. Тут подручными средствами не отделаться. Достаю мобильный и быстро нахожу номер Фомы.
Мышка между тем снова тянется ко мне, и я уже не отталкиваю, а наоборот, прижимаю к себе.
— Давай ко мне, — прошу друга. — Девочку накачали каким-то возбудителем. Прокапать надо.
— И тебе не хворать, — ворчит тот. — Что, не знаешь, что делать с таким обколотыми? Трахать, Мишань. Просто выеби ее как следует.
— Я тебя часто прошу, что ли⁈
Фома присвистывает.
— Да ладно, понял я. Скоро буду.
Прикидываю, сколько у нас времени. Ловлю Нелли, которая опять вдруг решила проявить внимание к моему члену. Сжимает ладошкой так, что у меня вдоль позвоночника простреливает.
Чисто теоретически, если я ее трахну сейчас, ей будет только лучше. Да, вот такой вот первый раз у девчонки нарисуется. Но гадко становится от мысли, что все пройдет вот так. Я же ей небо в алмазах обещал. А в итоге? Мой косяк, не уследил.
— Иди сюда, — перехватываю ее ловкие ручки. — Я помогу тебя, детка.
— Правда?
Столько в ее глазах сейчас открытости и доверия. Вот как ее вообще выпустили в большой город? Куда родители смотрели?
Странное, неопознанное желание защищать и оберегать вдруг фиксируется где-то среди мыслей. Пока как факт, без анализа, что, зачем и почему.
— Правда, детка. Давай, садись-ка поудобнее.
Помогаю Нелли вернуться на сиденье. Сам тоже отстегиваю свой ремень безопасности и полностью разворачиваюсь к мышке. Та распахивает свои глаза еще шире, ерзает. Пиздец ей сейчас лихо. Медленно раздвигаю ее бедра, прикасаюсь пальцами, а она тут же тихо тонет.
Прикрывает глаза и сама неосознанно подается навстречу моей руке. Наверняка сейчас каждое прикосновение воспринимается особенно остро. Ей надо снять этот зуд, чтобы мы смогли спокойно доехать до дома. Иначе точно куда-то впишемся.