Читаем Воды слонам! полностью

Поговаривают, что Топси накормили морковкой с цианистым калием не то во время предыдущей, неудавшейся попытки казни, не то прямо перед казнью электрическим током, но факт остается фактом — Эдисон принес кинокамеру, надел на Топси сандалии с медной обшивкой и пропустил через нее ток напряжением в шестьдесят шесть тысяч вольт на глазах у пятнадцати тысяч зрителей, убив ее за десять секунд. Эдисон, убежденный, что этот трюк окончательно и бесповоротно дискредитировал переменный ток, еще долго показывал снятый во время казни фильм по всей стране.

Закончим не столь душераздирающей историей. В том же 1903 году труппа в Далласе приобрела у легендарного Карла Гагенбека слониху по кличке Мамаша. Гагенбек утверждал, что такого умного слона он в жизни не видывал. Новые дрессировщики Мамаши, вдохновленные этим заявлением, взялись за дело, но были жестоко разочарованы, обнаружив, что не могут заставить Мамашу ничего сделать, кроме как ходить туда-сюда. Она оказалась настолько бесполезной, что «ее постоянно перебрасывали от одного цирка к другому». Когда Гагенбек навестил Мамашу в одном из ее пристанищ, он крайне огорчился, что слониха оказалась настолько тупой, и сказал ей об этом по-немецки. И тут до всех внезапно дошло, что Мамаша только по-немецки и понимала! Совершив это открытие, Мамашу выдрессировали по-английски — тогда-то и! началась ее блестящая карьера. Слониха скончалась в 1933 году в весьма преклонном возрасте — восьмидесяти лет от роду, в окружении друзей и товарищей по труппе.

Топси и Мамаша — вам посвящается…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Точка опоры
Точка опоры

В книгу включены четвертая часть известной тетралогия М. С. Шагинян «Семья Ульяновых» — «Четыре урока у Ленина» и роман в двух книгах А. Л. Коптелова «Точка опоры» — выдающиеся произведения советской литературы, посвященные жизни и деятельности В. И. Ленина.Два наших современника, два советских писателя - Мариэтта Шагинян и Афанасий Коптелов,- выходцы из разных слоев общества, люди с различным трудовым и житейским опытом, пройдя большой и сложный путь идейно-эстетических исканий, обратились, каждый по-своему, к ленинской теме, посвятив ей свои основные книги. Эта тема, говорила М.Шагинян, "для того, кто однажды прикоснулся к ней, уже не уходит из нашей творческой работы, она становится как бы темой жизни". Замысел создания произведений о Ленине был продиктован для обоих художников самой действительностью. Вокруг шли уже невиданно новые, невиданно сложные социальные процессы. И на решающих рубежах истории открывалась современникам сила, ясность революционной мысли В.И.Ленина, энергия его созидательной деятельности.Афанасий Коптелов - автор нескольких романов, посвященных жизни и деятельности В.И.Ленина. Пафос романа "Точка опоры" - в изображении страстной, непримиримой борьбы Владимира Ильича Ленина за создание марксистской партии в России. Писатель с подлинно исследовательской глубиной изучил события, факты, письма, документы, связанные с биографией В.И.Ленина, его революционной деятельностью, и создал яркий образ великого вождя революции, продолжателя учения К.Маркса в новых исторических условиях. В романе убедительно и ярко показаны не только организующая роль В.И.Ленина в подготовке издания "Искры", не только его неустанные заботы о связи редакции с русским рабочим движением, но и работа Владимира Ильича над статьями для "Искры", над проектом Программы партии, над книгой "Что делать?".

Афанасий Лазаревич Коптелов , Виль Владимирович Липатов , Дмитрий Громов , Иван Чебан , Кэти Тайерс , Рустам Карапетьян

Фантастика / Проза / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Cтихи, поэзия
О, юность моя!
О, юность моя!

Поэт Илья Сельвинский впервые выступает с крупным автобиографическим произведением. «О, юность моя!» — роман во многом автобиографический, речь в нем идет о событиях, относящихся к первым годам советской власти на юге России.Центральный герой романа — человек со сложным душевным миром, еще не вполне четко представляющий себе свое будущее и будущее своей страны. Его характер только еще складывается, формируется, причем в обстановке далеко не легкой и не простой. Но он — не один. Его окружает молодежь тех лет — молодежь маленького южного городка, бурлящего противоречиями, характерными для тех исторически сложных дней.Роман И. Сельвинского эмоционален, написан рукой настоящего художника, язык его поэтичен и ярок.

Илья Львович Сельвинский

Проза / Историческая проза / Советская классическая проза