– Это ты по молодости, паря, о геройстве мечтаешь, пока страстями живешь, а повзрослеешь и поймешь, что самое геройское геройство – жизнь прожить обыкновенно изо дня в день и не опаскудиться. А что кресты да ордена, они ведь совесть не заменят. Каб могли. Мечтаешь, пади об орденах?– прицепился теперь Авдеич к сибиряку. И тот заерзал на завалинке.
– А че бы и нет?– вскинул он глаза синие на него,– Домой на побывку с орденом в самый бы раз. Все бы девки моими стали, подкатывай к любой.
– Вот только что разве… Хочешь своего Егория дам для девок-то?– не удержался, подковырнул сибиряка Авдеич.
– Эх, батя, девки-то нынче тоже все поголовно грамотные и советские-то ордена от старорежимных всяко отличат. Так что спасибо, носите сами свой крест, для тетки Натальи. Вон она у вас какая шустрая, будто девка на выданье,– не остался в долгу сибиряк.
– Ишь ты каков язви тя в душу,– изумился Авдеич.– Да тебе палец в рот не клади, враз отгрызешь. Откуда сам-то?