И вот теперь, после месяцев мечтаний о путешествии, пришла пора отправиться в пампасы, как называли неизвестные территории Джейми Лоутер-Пинкертон и его коллеги-военные. Но мы сильно нервничали, и трудно было понять, что именно чувствуем. Оставалось только повторять избитые фразы. Я говорил, прямо как Джон Уэйн в плохом вестерне, причем одно и то же: «Ничто нас теперь не останавливает – надо уезжать» и «Ничего иного не остается – уезжаем из этого городишки».
В поезде мы познакомились с другими туристами, я раздал несколько автографов и прочитал несколько SMS-ок от друзей с пожеланиями счастливого пути. И вот мы уже выбрались из тоннеля и поехали по автостраде через равнины Северной Франции. Дорога была приятной, снова вернулось ощущение почти безмятежного счастья; мили легко проносились под колесами. Мы и не заметили, как пересекли бельгийскую границу и прибыли в Брюссель, хотя наши загадочные системы GPS, в которые были вбиты совершенно одинаковые последовательности городов, опорных точек и пунктов маршрута, настаивали на другом пути. Чарли выбрал наугад отель, где мы успели уютно устроиться уже к раннему вечеру. Довольные, что первый день путешествия остался позади, и подивившись его легкости, мы сходили в душ, приоделись и отправились в город. Именно чего-то такого и хотелось восемь месяцев назад, когда план только-только появился: несколько часов езды по хорошим дорогам, легкий обед, еще парочка часов неутомительного пути, остановка пораньше, чтобы успеть осмотреть новое место. Мы очень надеялись, что так хорошо будет всегда.
Брюссель оказался удивительным: это вовсе не столица европейской бюрократии и чопорных буржуазных бюргеров, а очень даже современный город, похожий на спокойный и веселый Париж 15-20-летней давности, со множеством баров и толпами молодых людей, перекусывающих в уличных кафе. Мы бродили по узким улицам, засаженным деревьями авеню и красивым площадям, слушали уличных музыкантов, смотрели представления уличных актеров, грелись на солнышке и с нетерпением ждали ужина. Вдруг подъехал полицейский и поманил нас к себе. Мы испугались, что это очарование будет нарушено. «Эй, вы! Идите-ка сюда! – прокричал он из окна полицейской машины. – Да-да, вы! Сюда! Вы!»
Мы подумали о том, что могли что-то нечаянно натворить, и оба тут же почувствовали себя виноватыми. В первый же день большого путешествия привлекли внимание полиции! Репетируя про себя оправдательную речь – «Мы ни в чем не виноваты, и вообще только что приехали» – мы осторожно подошли к нему.
«Здрасьте! Мне так нравятся ваши фильмы! – сказал полицейский с сильнейшим акцентом. – Особенно „На игле“ – отличный фильм, да?»
Погуляв еще пару часов, мы наткнулись на церковь, зашли и поставили свечки. Чарли – за Телше, его сестру, умершую от рака восемь лет назад, а я – за наше путешествие и свою семью. Разглядывая достопримечательности и чувствуя себя праздными туристами, мы вышли на площадь, где два человека средних лет – саксофонист в берете и его загорелый седоволосый помощник с тамбурином – играли джаз. Повсюду были расставлены столики, люди потягивали пиво, и атмосфера была почти праздничной. Самое подходящее место для ужина. Но как только мы уселись, мне захотелось курить. Я бросил это дело около года назад и страшно боялся наступления такого вот момента. Сигарета – неотъемлемая часть имиджа мотоциклиста. Друг Макс посоветовал мне гипнотерапию, благодаря которой я и расстался с курением. Когда, еще до нашего отъезда, мне иногда хотелось сорваться, он периодически меня за это пинал. Когда в кафе вдруг захотелось покурить, я начал придумывать этому оправдания.
«Есть хочется ужасно, но думать могу только о сигарете. Еще первый день, ничего страшного пока не произошло, все идет как по маслу, а курить хочется – не знаю как!» – сказал я Чарли.
«А ты можешь ограничиться парой сигарет за ужином – и всё?» – спросил Чарли, который иногда курит только за компанию под пиво и живет без этого совершенно спокойно остальное время.
«Ну да, конечно, – ответил я неуверенно. – Постараюсь… Наверное, получится… Выкурю сегодня одну после ужина, и посмотрим».
«Так что закажем тогда?» – спросил Чарли.
«А давай сделаем вид, что мы уже поели – тогда я могу покурить прямо сейчас… Боже, что я несу? Сегодня сигарета – завтра героин. Уважительные причины? Да кому они нужны, когда сигареты совсем рядом».
«Да нет, все не так, ты сам знаешь», – сказал Чарли.
«Поживем – увидим. После ужина я выкурю одну „Silk Cut“, а дальше – как пойдет. Там видно будет».
«Там видно будет? – повторил Чарли. – Похоже, решение принято».