Читаем Волшебные кольца Альманзора (Оловянные кольца) полностью

Волшебные кольца Альманзора (Оловянные кольца)

Пьеса-сказка для детского театра.

Тамара Григорьевна Габбе

Драматургия / Сценарий / Театр / Прочее / Прочая детская литература / Сказки18+


Габбе Тамара Григорьевна

Оловянные кольца

Тамара Габбе

Оловянные кольца

Сказка-комедия в четырех действиях

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

Доктор Лечиболь.

Пилюлио - его помощник.

Серебрино Скоробогаччио - владелец верфей и рудников, потом капитан парусника.

Януария - королева Фазании и Павлинии.

Ее дочери:

Апрелия, сокращенно Алели.

Августа.

Флюгерио - министр двора.

Садовник Зинзивер.

Принц Болталон.

Принц Альдебаран.

Мухамиель - предводитель морских разбойников.

Кохинур - старый пират.

Первый часовой в разбойничьем замке.

Второй часовой.

Третий часовой.

Четвертый часовой.

Седоусый солдат.

Молодой солдат.

Начальник караула.

Придворный.

Слуги во дворце Януарии.

Администратор.

Автор.

Старуха Сказка.

Пролог

Свет гаснет. На просцениум выходит а д м и н и с т р а т о р. Он озабочен. В руках у него листок с какими-то записями.

АДМИНИСТРАТОР (заглядывает в листок, готовясь объявить начало спектакля). Так... Значит, пьеса в четырех действиях и шести картинах... с началом и концом... То есть с прологом и эпилогом.

С противоположной стороны навстречу ему выходит высокая, сгорбленная с т а р у х а. Она в старинном платье неопределенного покроя и в плаще с низко надвинутым капюшоном. Опираясь на посох, она решительно шагает вперед, не обращая никакого внимания на администратора.

Простите, гражданка!..

СТАРУХА (не останавливаясь). Прощаю.

АДМИНИСТРАТОР. Позвольте, разве вы не слышали? Вам русским языком говорят: "Простите"!

СТАРУХА. Слышала и простила. Только не делайте больше ничего дурного.

АДМИНИСТРАТОР. Да нет, вы меня не так поняли... Я хотел сказать, что вы не туда идете.

СТАРУХА. А сказали совсем другое. Но почему вы думаете, что я иду не туда?

АДМИНИСТРАТОР. Я не думаю - я вижу. Здесь, гражданка, театр! Сцена!

СТАРУХА. А я вовсе и не предполагала, что здесь вокзал или баня. Вы, кажется, считаете меня ребенком.

АДМИНИСТРАТОР. Ребенком? Ха-ха! Наши дети великолепно разбираются, что к чему, куда можно ходить и куда не следует. А вот бабушки их, извините, не всегда.

СТАРУХА. Ну, старухам это простительно. А вот людям вашего возраста едва ли... Но прошу вас, не задерживайте меня. Я очень спешу.

АДМИНИСТРАТОР. Да разве вы не видите, что здесь написано? "Посторонним вход воспрещается".

СТАРУХА. А я не посторонняя.

АДМИНИСТРАТОР. Вот как?.. Ах, вы, вероятно, приходитесь родственницей кому-нибудь из актеров...

СТАРУХА. Всем!

АДМИНИСТРАТОР. Что - всем?

СТАРУХА. Я прихожусь родственницей всем актерам. И всем поэтам. И всем художникам. Если они, разумеется, настоящие художники, поэты и актеры. Понимаете?

АДМИНИСТРАТОР. Нет. Сказать по правде, ничего не понимаю. Вижу только, что вы, несмотря на свой преклонный возраст, не прочь пошутить и поиграть словами. Это, конечно, очень мило. Доказывает, что вы сохранили известную жизнерадостность. Но мне сейчас, признаться, не до игры. Скажите прямо, кто вы такая?

СТАРУХА. Если вам не до игры, лучше было бы уйти из театра. А впрочем, я готова ответить на ваш вопрос прямо. Я - Сказка.

АДМИНИСТРАТОР. Что такое?

СТАРУХА. Да ничего особенного. Я просто Сказка. Ну, что с вами? Почему вы окаменели?

АДМИНИСТРАТОР. Окаменеешь тут! "Просто Сказка"!.. Неплохо придумано!

СТАРУХА. А я всегда придумываю неплохо. Но все-таки, отчего у вас такой смущенный вид? Вы что, не верите мне?

АДМИНИСТРАТОР. Нет, отчего же?.. Верю. Но не вполне... Короче говоря сомневаюсь.

СТАРУХА. Я могу доказать. (достает из кармана небольшую палочку.) Хотите, я сейчас превращу вас в собаку любой породы, в тигра, в мышь, в попугая? Что вам больше нравится? Или, может быть, вы предпочитаете превратиться во что-нибудь неодушевленное?

АДМИНИСТРАТОР. А куда же денется моя душа?

СТАРУХА. Душа? В пятки.

АДМИНИСТРАТОР. Нет, благодарю покорно. Я уже это испытал однажды. Очень неприятное ощущение. Я лучше позову к вам одного товарища - это как раз автор той самой пьесы, что идет у нас нынче, - вы с ним побеседуете, может быть, даже найдете общий язык... На днях про него писали в газете, что он прекрасно понимает сущность сказки. (Кричит за кулисы.) Можно вас на одну минутку? Да, да, именно вас! Тут, видите ли, необходимо разобраться...

На просцениум выходит а в т о р.

АВТОР. В чем дело?

АДМИНИСТРАТОР. Да пустяки!.. Маленькое недоразумение. (Вполголоса.) Вот эта особа утверждает, что она... знаете кто? Сказка!

АВТОР. Что такое?

АДМИНИСТРАТОР (торжествующе). Ага! Вы тоже сомневаетесь? Вот и я не верю.

АВТОР. Постойте-ка! Дайте поглядеть...

Оба, склонив головы - один к правому плечу, другой к левому, разглядывают старуху. Она в это время неторопливо, словно не замечая их, разгуливает перед занавесом. Вид у нее спокойный и достойный.

АДМИНИСТРАТОР. Ну что, втирает очки? А?

АВТОР (задумчиво). Да нет... Не знаю... Если судить по походке... Черт побери! Поверить, конечно, трудно, но может быть.

АДМИНИСТРАТОР. Что вы говорите! Да неужели?..

АВТОР. Возможно. Постойте, сейчас мы это узнаем наверное. (Старухе.) Гражданка! Вы разрешите задать вам три вопроса?

СТАРУХА. Отчего же? Пожалуйста. За свою жизнь я ответила на столько вопросов, что ответить еще на три меня не затруднит.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Стихотворения. Пьесы
Стихотворения. Пьесы

Поэзия Райниса стала символом возвышенного, овеянного дыханием жизни, исполненного героизма и человечности искусства.Поэзия Райниса отразила те великие идеи и идеалы, за которые боролись все народы мира в различные исторические эпохи. Борьба угнетенного против угнетателя, самопожертвование во имя победы гуманизма над бесчеловечностью, животворная сила любви, извечная борьба Огня и Ночи — центральные темы поэзии великого латышского поэта.В настоящее издание включены только те стихотворные сборники, которые были составлены самим поэтом, ибо Райнис рассматривал их как органическое целое и над композицией сборников работал не меньше, чем над созданием произведений. Составитель этого издания руководствовался стремлением сохранить композиционное своеобразие авторских сборников. Наиболее сложная из них — книга «Конец и начало» (1912) дается в полном объеме.В издание включены две пьесы Райниса «Огонь и ночь» (1918) и «Вей, ветерок!» (1913). Они считаются наиболее яркими творческими достижениями Райниса как в идейном, так и в художественном смысле.Вступительная статья, составление и примечания Саулцерите Виесе.Перевод с латышского Л. Осиповой, Г. Горского, Ал. Ревича, В. Брюсова, C. Липкина, В. Бугаевского, Ю. Абызова, В. Шефнера, Вс. Рождественского, Е. Великановой, В. Елизаровой, Д. Виноградова, Т. Спендиаровой, Л. Хаустова, А. Глобы, А. Островского, Б. Томашевского, Е. Полонской, Н. Павлович, Вл. Невского, Ю. Нейман, М. Замаховской, С. Шервинского, Д. Самойлова, Н. Асанова, А. Ахматовой, Ю. Петрова, Н. Манухиной, М. Голодного, Г. Шенгели, В. Тушновой, В. Корчагина, М. Зенкевича, К. Арсеневой, В. Алатырцева, Л. Хвостенко, А. Штейнберга, А. Тарковского, В. Инбер, Н. Асеева.

Ян Райнис

Поэзия / Стихи и поэзия / Драматургия