Он понял, что лучше не спорить. Жена настроена решительно. Софья уже снимала домашний халат, под которым оказалось новенькое красивое белье цвета шампанского. Кружева празднично пузырились на белой коже: жена подготовилась. Олег со вздохом расстегнул рубашку. Но мысль о выпивке грела. Если как следует постараться, то и жена подобреет. Алкоголь в доме есть. Его не может не быть. Куда-то же Софья прячет бутылки, которые отбирает у мужа.
Эта такая игра. Он приносит виски или водку и ищет подходящее место для тайника. Жена безошибочно это место вынюхивает и алкоголь конфискует. Но не выливает. Софья рачительная хозяйка. Бутылки исчезают из тайника Олега, но это не значит, что они исчезают из дома совсем. Их, скорее всего, перепрятывают.
Супружеский долг, значит.
Раньше у Олега то и дело появлялись любовницы. Он нравился женщинам, несмотря на свое разгильдяйство. Если не для серьезных отношений, а так, перепихнуться. Любовник он был потрясающий, внимательный и нежный. Романы Дивеева были в основном служебные, но случались и разовые интрижки. С репетитором по китайскому, к примеру, которому Софья вздумала обучить их среднюю.
Олег отвозил дочку на занятия. Или забирал. Однажды он заехал за своей девочкой, а она приболела. И не пришла. Олегу же не сказали. У жены разрядился телефон. И Олег оказался на пороге квартиры преподавательницы китайского. Которая незамедлительно предложила кофе.
Потом Олег думал об этом со стыдом. О своей слабости и о верности Софье. Но такой уж он был человек. Слабохарактерный. А романов давно уже не случалось после того, как Софья как-то заявилась к мужу на корпоратив. Осталась только преподавательница китайского, но к ней Олег заходить опасался, если без дочки. Хотя приглашали.
Поэтому новое кружевное белье и в особенности полупрозрачный бюстгальтер на косточках сработали безотказно. И вскоре Софья уже стонала:
– Олег, ты потрясающий!
А потом был пирог с мамиными яблоками. И бутылка водки. Хотя всю ее выпить жена, естественно, не позволила.
– Тебе завтра на работу!
– Так зачем нам все-таки ребенок? – уточнил Олег, провожая тоскливым взглядом бутылку, которую жена уносила в какой-то свой тайник.
Софья, уже стоящая в дверях, резко обернулась.
– Когда убили Зуева, тебя не было дома! – зло сказала она. – Я соврала, что ты спал. Ты явился в доску пьяный, когда полиция уже уехала. Рубашка рваная, правая рука забинтована. Ты бы знал, что я пережила! Они же хотели и тебя
Дивеев потрясенно молчал. Тот пятничный вечер Олег вообще не помнил. Как почти не помнил и предыдущие вечера пятниц. Он пил. Потому что было можно. Надо спросить на работе, где пил и с кем. В каком баре или в ресторане. Домой поехал на такси. Олег всегда так делал. А вот потом…
Домой он не пошел, потому что дома могли и не налить. Если жена сочтет, что Олежке уже хватит. Да и не хотелось ему к жене. Она может говорить только о детях. О том, что Андрей оканчивает школу и надо подумать о его дальнейшей судьбе. А у старшей уже есть мальчик, и вообще она ветреная, в отца.
Что Зуев сволочь и квартиру назло продаст каким-нибудь цыганам.
Что рано или поздно Софья ликвидирует это гнездо разврата на шестом этаже и разберется с Киряевым.
Что мама Олега тяжело болеет и с этим надо что-то делать. Возможно, забрать маму в Москву.
Проблемы, проблемы, проблемы…
– Олег? Ты меня слышишь? Где ты был в пятницу, когда убили Зуева, ты можешь мне сказать?!
Но Дивеев молчал. Да если бы он это знал!
Арес