Читаем Восстание Болотникова 1606–1607 полностью

4. Маршрут похода Истомы Пашкова от Ельца к Москве определяется данными источников о восстании в Новосили, Крапивне, Туле, а также показаниями источников о сражении у села Троицкого (см. в тексте, стр. 169 и 175–176).

5. Местоположение села Троицкого нанесено на основании карты Московской губернии в «Российском атласе», изд. Географического департамента, СПб. 1800.

6. В качестве основы для врезки «Москва и ее окрестности» использована карта «Москва. Окрестности» из «Нового энциклопедического словаря» Брокгауза и Ефрона. На карте отмечены пункты, связанные с военными действиями в период осады Москвы Болотниковым.

7. За основу для врезки «Калуга и ее окрестности» взята карта Калужского наместничества, приложенная к книге «Топографическое описание Калужского наместничества», СПб. 1785.

8. Местоположение реки Вырки — места сражения между восставшими и воеводами Шуйского — определяется на основании «Атласа Калужского наместничества» (СПб. 1782) и описания к нему (см. описание Перемышльского уезда, стр. 31, и генеральный план Перемышльского у., 2-я часть плана). См. также «Топографическое описание Калужского наместничества», СПб. 1785, стр. 33.

В «Атласе Калужского наместничества» отмечены еще речки Большая и Малая Вырка (см. генеральный план Лихвинсхого уезда, 1-я часть плана и описание Лихвинского уезда, стр. 15). Но эти речки слишком удалены от Калуги и поэтому не могли быть местом сражения (о котором в разрядных книгах говорится, что оно было «в 7 верстах» от Калуги).

9. Местоположение «села Пчелны», у которого произошло сражение между восставшими и воеводами Василия Шуйского, удалось установить лишь на основании «Атласа Калужского наместничества», где, на территории Лихвинского уезда, отмечены «выморочные пустоши Пчелна и Муратова» (см. описание Лихвинского уезда, стр. 69; по генеральному плану Лихвинского уезда — № 442, во 2-й части плана). Местоположение «пустоши Пчелны», расположенной близ «большой дороги из Калуги в Тулу», соответствует тем данным, которые содержатся в разрядных записях о битве на Пчелне [«...с Тулы Петрушка вор послал х Колуге на помощь боярина князя Ондрея Ондреевича Телятевского, а с ним казаков, и бояре и воеводы послали (из-под Калуги. — И. С.) противу казаков воевод… и сошлися воеводы с казаки в селе Пчелне»].

Села Пчелны нет ни в описании, приложенном к «Атласу Калужского наместничества», изд. 1782 г., ни в «Списках населенных мест Калужской губ.». Это обстоятельство может служить лишним подтверждением в пользу того, что отмеченная на плане 1782 г. «пустошь Пчелна» являлась в начале XVII в. селом Пчелной. Следует отметить, что в описании Тарусского уезда Калужского наместничества отмечены две деревни: Большая и Малая Пчеленки («Атлас Калужского наместничества», 1782 г., описание Тарусского уезда, стр. 7–8; по генеральному плану — № 16, в 1-й части плана). На карте Тарусского уезда, приложенной к «Топографическому описанию Калужского наместничества» (СПб. 1785), деревни Большая и Малая Пчеленки обозначены как «Б. Пчелна» и «М. Пчелна» (см. карту). Но местоположение этих деревень, находящихся к северо-востоку от Калуги и удаленных от Тульской дороги почти на 50 км, исключает возможность отождествления этих деревень с тем «селом Пчелной», у которого произошло сражение в 1607 г.

10. Маршрут похода казаков во главе с «царевичем» Петром устанавливается на основании показаний самого «царевича» Петра — Илейки (см. в тексте, стр. 370–371). Для последнего отрезка маршрута похода «царейича» Петра — от Путивля до Тулы — в источниках нет прямых указаний на промежуточные пункты. Составитель карты «Крестьянская война и борьба с интервенцией в начале XVII в.» обозначает этот участок маршрута «царевича» Петра как повторение похода Лжедмитрия I (Путивль, Кромы, Орел, Мценск, Крапивна, Тула). Мне, однако, представляется более соответствующим данным источников иное направление похода «царевича» Петра, а именно: на Ливны, Елец и Епифань.

Основанием для такого решения о маршруте «царевича» Петра служит указание источников, что участвовавшие в сражении под Веневом войска князя Телятевского и князя Мосальского пришли туда «из Путивли»; после же сражения под Веневом одна из частей войска «царевича» Петра (под начальством князя Мосальского) направилась к Калуге (что привело к битве на Вырке), а вторая (под начальством князя Телятевского) пошла к Туле (см. в тексте, стр. 376–377).

Подтверждением такого решения вопроса о маршруте похода «царевича» Петра могут служить слова челобитной дворян Ладыженских о том, что «отца их вор Петрушка убил на Ливнах» (Л. Сухотин, Четвертинки Смутного времени, стр. 209). Отсюда следует, что из Путивля «царевич» Петр пришел в Ливны, иными словами, что он двигался не на Кромы, а на Елец.

11. Для врезки «Тула и ее окрестности» использована карта, приложенная к книге И. Афремов. Историческое обозрение Тульской губернии, ч. I, М. 1850. На карге И. Афремова отмечена и Тульская засека, а также дорога, по которой шел Болотников в мае 1607 г. из Тулы до реки Восмы.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1941. Победный парад Гитлера
1941. Победный парад Гитлера

В августе 1941 года Гитлер вместе с Муссолини прилетел на Восточный фронт, чтобы лично принять победный парад Вермахта и его итальянских союзников – настолько высоко фюрер оценивал их успех на Украине, в районе Умани.У нас эта трагедия фактически предана забвению. Об этом разгроме молчали его главные виновники – Жуков, Буденный, Василевский, Баграмян. Это побоище стало прологом Киевской катастрофы. Сокрушительное поражение Красной Армии под Уманью (июль-август 1941 г.) и гибель в Уманском «котле» трех наших армий (более 30 дивизий) не имеют оправданий – в отличие от катастрофы Западного фронта, этот разгром невозможно объяснить ни внезапностью вражеского удара, ни превосходством противника в силах. После войны всю вину за Уманскую трагедию попытались переложить на командующего 12-й армией генерала Понеделина, который был осужден и расстрелян (в 1950 году, через пять лет после возвращения из плена!) по обвинению в паникерстве, трусости и нарушении присяги.Новая книга ведущего военного историка впервые анализирует Уманскую катастрофу на современном уровне, с привлечением архивных источников – как советских, так и немецких, – не замалчивая ни страшные подробности трагедии, ни имена ее главных виновников. Это – долг памяти всех бойцов и командиров Красной Армии, павших смертью храбрых в Уманском «котле», но задержавших врага на несколько недель. Именно этих недель немцам потом не хватило под Москвой.

Валентин Александрович Рунов

Военная документалистика и аналитика / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное