Лилиана театрально закатила глаза, и Иззет отвернулся от нее. Он поднял руки, бормоча неразличимые слова, и его магия вспышкой осветила остальное пространство зала. Молния сверкнула, отразившись от устройств и механизмов, инфраструктуры и дверей, труб и проводов, проводников и коммуникационных узлов.
- Смотри, сколько у нас тут всего для веселья, - сказал он, вновь поворачиваясь к ней. Он скрестил руки на груди и подмигнул. Его лицо было открытым и честным. От яркого заклинания его глаза засверкали желтыми искрами, отражаясь пылающей пеленой от его снаряжения. Лилиана почувствовала, как ее хватка за образ слабела, и ее это не тревожило. Снаружи она услышала гулкий раскат грома, последовавший за молнией Рала.
- От чего ты так уверен, что я пришла за
- Ты единственная здесь, кто притворяется, что не хочет этого, - сказал Рал. Выражение его лицо посерьезнело, когда Лилиана предстала перед ним собственной персоной, сбросив с себя остатки камуфляжного образа. Тонкие светлые волосы Опал потускнели, явив длинные, вьющиеся черные локоны. Тускло-зеленые глаза и узкие черты, присущие семье Трикофф были беспощадно сметены гордсой пышностью шелковой груди, алых губ, и темных фиолетовых глаз.
- Что ж, горяча, чертовка, - казал Рал Зарек.
- Твои последние слова? – сказала Лилиана, подмигнув в ответ.
Рал покачал головой. – Едва ли. – Он покрыл расстояние между ними в мгновение ока. У Лилианы не было времени отреагировать. Она не знала, воспользовался ли он заклинанием, или просто был…
Датчики, трубки, и металл вжались в ее кожу. Лилиана сделала вдох перед его поцелуем. Электрические заряды расползлись по коже Рала к ней, перехватив ее дыхание. Некромантша почувствовала, что задыхается, демонические татуировки вспыхнули на ее теле. Он навалился на нее, прижав к поручням уверенным и настойчивым движением.
Рал прервал поцелуй и на мгновение уставился на нее. – Эти штуки покрывают все твое тело? – спросил он, проводя мозолистым пальцем по сияющей фиолетовой линии, идущей от ее шеи вдоль изгиба груди.
Лилиана с притворной робостью улыбнулась ему. – Ну, почти все, - хихикнула она. Светящиеся шрамы вспыхнули ярче от ее слов, и Рал рефлекторно облизал губы. – Тебе придется
разведать это самому, - сказала Лилиана, вплетая пальцы в его непослушные волосы. Она с силой одернула его голову назад, одновременно прижавшись к нему своим выгнувшимся телом. Рал сделал короткий болезненный вдох, затем медленно выдохнул, беря себя в руки.
- Может занять немного времени, пока я все исследую. Типичный мужчина, знаешь ли. Никогда не спрашиваю указаний, - сказал Рал, схватив ее запястья, медленно высвобождаясь из ее захвата. Лилиана позволила ему одолеть ее, затем ахнула, когда он неожиданно выкрутил ей руку, развернув так, что теперь она была прижата к нему задом.
- Что ж, тогда, хорошо, что я привыкла отдавать приказы, - прошипела Лилиана, когда Рал завел руку ей за шею и начал задирать ее юбку другой рукой. –
- Так, это уже было подло, - рассмеялся Рал. – Ты что… растворила всю мою одежду? Ты хоть знаешь, сколько стоит заказать такой роскошный ансамбль, юная леди? – Рал ущипнул ее за щеку. Лилиана засмеялась сильнее.
- Тебе еще повезло, что я разрешила тебе оставить все эти побрякушки с трубками и ремнями – просто у меня слабость к парням в упряжи и металле, - промурлыкала Лилиана, прижимаясь к обнаженному телу Рала.
- Будь хорошей девочкой и скажи мне, где ты хочешь, чтобы я тебя трахнул.
- Там. – Лилиана кивнула в сторону угла зала, где невинно пульсировал громадный сияющий ком из изогнутых труб и дымящегося металла.
Рал сгреб ее в объятия. – Как пожелаешь. И могу тебе сказать – Лилиана Весс – что я считаю достижением всей своей жизни, ночь в роли мальчика раба столь известной, роскошной, феноменальной шлюхи, как ты.
- О, Раленька, за это я ущипну тебя за сосочки!
- АЙ! Черт, прекрати – Ладно, ладно! Извини. Просто ты такая грязная шлю…УХ ТЫ!
В считанные секунды они превратились в ничтожные винтики огромной системы. Гнездо поглотило их, и они слились с молниями и тенями.
- Наслаждаешься? – лицо Никола Боласа парило над ее ложем.
Лилиана, вскрикнув, подскочила на месте, наскоро обернувшись простыней. Она вертелась, выискивая намеки на то, где она находилась.
- О, не волнуйся. Он был едва жив