Читаем «Враги народа» за Полярным кругом полностью

К расстрелу в Архангельске в годы «большого террора» были приговорены одиннадцать человек из плавсостава Северного морского пароходства, к разным срокам заключения – 45 человек, от кочегаров до капитанов. А полярные моряки, особенно командный состав – «товар штучный», квалификация их приобретается годами, от навигации к навигации. Вот фамилии и даты арестов репрессированных капитанов морских судов Северного (Архангельск) пароходства: Г.И.НЕУСТРОЕВ (арестован 4.12.1935, вскоре освобожден, пароход «Северянин»); И.И.ОТРЕШКОВ (2.06.1937, название п/х не указано; расстрелян); К.С.КАРТАШЁВ (5.08.1937, п/х «Песец»; расстрелян); Я.Р.МИЛОБЕДЗИНСКИЙ (дата ареста неизвестна, п/х «Л.Красин», осуждён 4.11.1937 к пяти годам заключения); И.В.КИЧЕВ (2.10.1937, название п/х не указано, семь лет заключения); М.П.ГУДИН (17.10.1937, название п/х не указано, десять лет); Я.Н.ПОРОМОНОВ (6.12.1937, название п/х не указано, десять лет); Г.П.ЧУХЧИН (26.02.1938, п/х «Революция», срок заключения не указан); И.П.БРЮХОВ (дата ареста неизвестна, осуждён 27.04.1938, расстрелян, п/х «К.Либкнехт»); С.И.БУТАКОВ (дата ареста неизвестна, название п/х не указано; осуждён 8.10.1938, расстрелян); А.А.КРАВЧЕНКО (7.04.1940, восемь лет, п/х «Желябин»); С.С.ПЕСТОВ (дата ареста не указана, осуждён 1.09.1941, п/х «С.Халтурин»; расстрелян). Среди расстрелянных был даже эмигрант из США, кочегар п/х «Мудьюг» Ли-Рой ВАШИНГТОН, обвинённый, естественно, в шпионаже.

Было репрессировано 19 сотрудников Управления Северного морского пароходства, в том числе заместитель начальника А.И.РОГАТЫХ; семеро были расстреляны. За шесть лет (1935–1940) были арестованы 42 работника Архангельского торгового порта, в основном квалифицированные специалисты среднего звена, семеро из них были расстреляны, в том числе начальник порта Г.С.ЖАВОРОНКОВ. Особо следует отметить удар по лоцманской службе: были арестованы пять лоцманов и начальник лоцманской вахты порта Б.Ф.ЗВЯГИН.

Понесла серьезные потери не очень мощная и чрезвычайно загруженная судоремонтная и судостроительная промышленность Архангельска: девятнадцать её работников, в основном квалифицированные рабочие, были арестованы, причем пик арестов пришёлся на зиму-весну 1937 года; пятеро из арестованных были расстреляны.

Среди плавсостава Дальневосточного морского пароходства было репрессировано 125 человек (эта цифра превышает суммарную цифру в таблице за счёт членов команд кораблей каботажного плавания и профильных промысловых судов). Было репрессировано 32 капитанов судов и старпомов (на некоторых судах капитаны, сменившие арестованных, вскоре сами арестовывались), 57 квалифицированных специалистов и 36 членов команд низкой квалификации. К смертной казни было приговорено 34 члена команд пароходов ДВМП.

В береговых службах Дальневосточного морского пароходства было репрессировано 28 человек: четырнадцать руководящих работников, двенадцать руководителей среднего ранга и квалифицированных специалистов и двое рабочих. Были расстреляны начальник пароходства К.А.ГРИБАНОВ (приговор ВКВС 17 марта 1938 года), начальник службы эксплуатации И.А.ВЕДМЕДЬ, начальник связи В.И.ЦЕЛЯРСКИЙ, начальник планового отдела А.А.ЛОБОВ, начальник личного состава Б.З.ГЛАЗУНОВ, уполномоченный ДВМП на Камчатке П.П.СМОЛЯНСКИЙ (все пятеро – ВКВС, 13 марта 1938 года), начальник снабжения К-Р.Г.ВРОМАН (решение Комиссии НКВД и Прокурора СССР, 18 июля 1938 года), исполняющий обязанности начальника радиостанции пароходства М.Г.СМОЛЬСКИЙ-ОСТРОПОЛЕЦ (решение Тройки УНКВД ДВК 10 марта 1938 года). К трём годам высылки ОСО НКВД СССР 21 февраля 1940 года приговорён главный диспетчер пароходства Р.И.ЗЕЛЬТИНГ (арестован в июле 1938 года). Среди высококвалифицированных специалистов был арестован (в июне 1938 года) и почти девять месяцев провёл в заключении до освобождения «по прекращении дела» мастер точных приборов В.Г.ОЛЕРТ – а много ли во Владивостоке таких специалистов и как штурманы вели корабли по неисправным компасам?

Владивостокский морской порт был базовым для плаваний в Восточную Арктику. Среди работников порта было репрессировано четырнадцать человек: шесть руководителей и восемь квалифицированных специалистов; было расстреляно шесть человек, в том числе начальник порта А.Н.КОРОСТЫЛЁВ (приговор ВКВС 25 апреля 1938 года, обвинение – антисоветская деятельность) и начальник планового отдела И.И.РЫБКИН (ВКВС, 13 марта 1938 года, антисоветская деятельность). Один из арестованных умер в заключении до вынесения приговора.

Перейти на страницу:

Все книги серии Международный полярный год

«Враги народа» за Полярным кругом
«Враги народа» за Полярным кругом

Сборник состоит из 11-ти очерков, объединенных общей темой – история репрессий против советских полярников и коренных народов Севера в годы большевистской власти.В основном очерке, одноименном названию сборника, впервые сделана попытка обобщить документально подтверждённые сведения о необоснованных политических репрессиях против советских полярников, приводятся сведения о более чем 1000 репрессированных.В очерке «Из каменного века – за колючую проволоку…» обобщены материалы о репрессиях против малых коренных народов Советского Севера. Обнаруженные Ф.Романенко архивные материалы позволили восстановить историю восстания ямальских ненцев в 1934 г.Отдельные очерки посвящены репрессиям против участников двух известных экспедиций в Арктике: по спасению группы итальянского генерала У.Нобиле, летавшего к Северному полюсу на дирижабле «Италия» в мае 1928 г., и советской экспедиции под руководством начальника Главсевмопути (ГУСМП) О.Ю.Шмидта на пароходе «Челюскин» в январе-апреле 1934 г. Первой попытке перевозки заключенных по арктическим морям посвящен очерк «Законвоированные зимовщики». В очерке «Об одном полярном мифе ГУЛАГа» опровергаются распространившиеся в последние годы сообщения о гибели в Арктике в 1934 г. парохода «Пижма» с заключенными на борту. Очерк «Ледяное дыхание триумфа» посвящён репрессиям против полярников во время и после работы дрейфующей станции «Северный полюс» в 1937–1938 гг., описаны репрессии против участников полюсной экспедиции Севморпути 1937 г. По вновь обнаруженным архивным документам МВД, МГБ и других ведомств восстановлена история секретных работ по поискам радиоактивных руд в Центральной Арктике в послевоенные годы. В очерке «Урановые острова ГУЛАГа в Восточной Арктике» описаны лагерные пункты Чаунского ИТЛ в низовьях Колымы и в районе Певека, где проводилась разведка и добыча радиоактивных руд. Анализируются данные о географическом расположении наиболее северных лагерей ГУЛАГа.В статьях сборника использован много неизвестных ранее архивных материалов, он обильно иллюстрирован.

Сергей А. Ларьков , Сергей Алексеевич Ларьков , Фёдор Александрович Романенко , Федор А. Романенко

История / Образование и наука / Документальное / Биографии и Мемуары
Ледокол «Ермак»
Ледокол «Ермак»

Эта книга рассказывает об истории первого в мире ледокола, способного форсировать тяжёлые льды. Знаменитое судно прожило невероятно долгий век – 65 лет. «Ермак» был построен ещё в конце XIX века, много раз бывал в высоких широтах, участвовал в ледовом походе Балтийского флота в 1918 г., в работах по эвакуации станции «Северный полюс-1» (1938 г.), в проводке судов через льды на Балтике (1941–45 гг.).Первая часть книги – произведение знаменитого русского полярного исследователя и военачальника вице-адмирала С. О. Макарова (1848–1904) о плавании на Землю Франца-Иосифа и Новую Землю.Остальные части книги написаны современными специалистами – исследователями истории российского мореплавания. Авторы книги уделяют внимание не только наиболее ярким моментам истории корабля, но стараются осветить и малоизвестные страницы биографии «Ермака». Например, одна из глав книги посвящена незаслуженно забытому последнему капитану судна Вячеславу Владимировичу Смирнову.

Никита Анатольевич Кузнецов , Светлана Вячеславовна Долгова , Степан Осипович Макаров

Приключения / Биографии и Мемуары / История / Путешествия и география / Образование и наука

Похожие книги

Девочка из прошлого
Девочка из прошлого

– Папа! – слышу детский крик и оборачиваюсь.Девочка лет пяти несется ко мне.– Папочка! Наконец-то я тебя нашла, – подлетает и обнимает мои ноги.– Ты ошиблась, малышка. Я не твой папа, – присаживаюсь на корточки и поправляю съехавшую на бок шапку.– Мой-мой, я точно знаю, – порывисто обнимает меня за шею.– Как тебя зовут?– Анна Иванна. – Надо же, отчество угадала, только вот детей у меня нет, да и залетов не припоминаю. Дети – мое табу.– А маму как зовут?Вытаскивает помятую фотографию и протягивает мне.– Вот моя мама – Виктолия.Забираю снимок и смотрю на счастливые лица, запечатленные на нем. Я и Вика. Сердце срывается в бешеный галоп. Не может быть...

Адалинда Морриган , Аля Драгам , Брайан Макгиллоуэй , Сергей Гулевитский , Слава Доронина

Детективы / Биографии и Мемуары / Современные любовные романы / Классические детективы / Романы
Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
10 гениев науки
10 гениев науки

С одной стороны, мы старались сделать книгу как можно более биографической, не углубляясь в научные дебри. С другой стороны, биографию ученого трудно представить без описания развития его идей. А значит, и без изложения самих идей не обойтись. В одних случаях, где это представлялось удобным, мы старались переплетать биографические сведения с научными, в других — разделять их, тем не менее пытаясь уделить внимание процессам формирования взглядов ученого. Исключение составляют Пифагор и Аристотель. О них, особенно о Пифагоре, сохранилось не так уж много достоверных биографических сведений, поэтому наш рассказ включает анализ источников информации, изложение взглядов различных специалистов. Возможно, из-за этого текст стал несколько суше, но мы пошли на это в угоду достоверности. Тем не менее мы все же надеемся, что книга в целом не только вызовет ваш интерес (он уже есть, если вы начали читать), но и доставит вам удовольствие.

Александр Владимирович Фомин

Биографии и Мемуары / Документальное