И это был выбор – написать книжку, пусть дурачки поверят и испугаются, бу-га-га. Ну, то есть я сейчас очень упрощаю свою мотивацию, но в целом – так. Садизм и высокомерие мне знакомы очень не понаслышке.
Я могу сколько угодно отмазываться, что книжка очень московская, что ее настоящий автор – Москва. Это, в общем, правда. Но мой выбор был – написать. Потроллить, блин, чувствительную публику.
Мы уехали из Москвы в Вильнюс меньше чем через месяц после выхода той книжки. Если бы не это, не с кем бы тебе сейчас было разговаривать. Но здесь оказалось, что можно умереть не целиком, а только очень маленьким кусочком. И – свято место пусто не бывает – городскому духу как раз нашлось куда поместиться.
Потом Игорь придумал концепцию «Большой телеги» – чтобы дать мне повод качественно поездить. Теоретически, считается, будто я люблю путешествовать, но на самом деле, мне надо быть в контакте с пространством, и оказалось, что лучший контакт – это приехать и ныть: дяденька, расскажи сказку! Работает на ура.
И вот уже потом, с этим опытом глубокого деятельного контакта с разными городами, оказалось возможно приступать к «Сказкам старого Вильнюса». Потому что этот город, рожденный силой письменного слова, очень ждал, когда уже кто-то придет и напишет его таким, как он себя себе представляет. Потому что его голод по себе настоящему (по драгоценной части себя, по своей подлинной связи с духом) сравним, разве что, с моим.
В итоге оказалось, что главное мое умение это наработанное еще в раннем детстве нытье: «Дяденька, расскажи сказку!» И умение не только слушать, но и добавлять от себя ровно то, что хотел бы сказать рассказчик, да слов не нашел.
Давай я тебе напомню то, что услышал от тебя в процессе письма первого сборника. Что ты расколдовываешь город. Что из довольно неприветливого места ты делаешь классного, болтливого, продуваемого всеми ветрами чувака, с которым очень здорово дружить. А получается, что, скорее, тебе удалось перевыговорить и его, и себя?
Ну вот мне кажется, что да. Я же тоже очень постепенно понимаю, что происходит. До меня только, может быть, год назад дошло, как мы вообще похожи с этим городом.
Я имею в виду, что никто из нас не однозначен. Тем более город! Столько всего понамешано.
И важно тут – на что мы станем обращать внимание. Внимание – это все-таки великой силы магический инструмент. Игнорируемое чахнет, а то, что мы замечаем и обговариваем, набирает вес и плотность. Это правда так работает.